Зимние костры

Гаррик, по-видимому, тоже так думал, однако разве можно было винить в случившемся только ее, Бренну? Она должна заставить Гаррика понять это!

— Арно ударил пса, — ошеломленно прошептала она. — Он отшвырнул его ногой, чтобы Седрик не убил его.

— Седрик!

— Именно они похитили меня, Гаррик! Ты должен верить мне! — заметив, что он с сомнением покачал головой, умоляюще воскликнула девушка. — Они приплыли на корабле, чтобы забрать и мою лошадь. И спланировали все так, чтобы ты подумал, будто я сбежала, и никто их не заподозрил.

— Но почему? — требовательно бросил Гаррик.

— Я так и не узнала ничего, кроме разве того, что какая-то женщина появилась в их поселении и уговорила похитить меня. Я несколько дней провела взаперти на ферме Арно, но, как выяснилось, права на меня предъявил Седрик. Когда он явился и захотел овладеть мною, я убила его и сбежала. Вначале я попыталась докричаться до тебя с противоположной скалы, но никто не услышал, а я не умею плавать и не смогла найти лодку, так что пришлось обойти фьорд, единственное, что мне оставалось.

— Убери эту женщину отсюда, Эрин, пока я ее не удушил!!

Эрин положил руки на плечи Бренны, но та нетерпеливо отстранилась:

— Это правда, Гаррик! Чистая правда! Во имя Господа Бога, к чему мне лгать?!

— Надеешься, что я прощу тебя и приму обратно, — ехидно бросил Гаррик. — Но слишком поздно!

— Ты мог бы все проверить, Гаррик! — Непрошеные слезы вновь брызнули из глаз. — Переплыть на другой берег и узнать, что Седрик действительно пал от руки женщины!

— Это будет означать и мою смерть, если меня застанут на земле Боргсенов! Должно быть, ты от женщин узнала имена членов рода Боргсенов! Им прекрасно известна эта нашумевшая история, все до сих пор о ней сплетничают!

— Это не так! Спроси их! — истерически вскрикнула Бренна, видя, что Гаррик повернулся к ней спиной.

— Ты обличаешь себя своими же рассказами — никто не смог бы вынести того, что ты описываешь, и остаться в живых! Отвези ее в дом моего отца, Эрин!

— Почему туда?

Гаррик снова обернулся, и в его глазах застыла такая откровенная ненависть, что девушка невольно сжалась.

— Я намеревался, если найду, продать тебя на восток, туда, где с рабами обращаются как с купленной вещью и не позволяют им вольностей, которые я допустил как последний глупец! Но тебя мне преподнес отец, так что он вправе получить обратно свой дар.

— Пойдем, Бренна, — поторопил Эрин. Бренна чувствовала себя так, будто ее раздирают надвое.