Жена поневоле

Я хотел попросту предложить тебе денег, чтобы пережить год до того, как восстановишься в академии. Однако магистр Олдридж сразу предупредил меня, что ты их не возьмешь. Вот тогда и родилась эта задумка с незаконной деятельностью. Я не мог позволить Ральфу отнять у тебя будущее, а ведь он и пытался это сделать, – Дамиан тяжело вздохнул и закрыл лицо руками.

– Ты сделал это из жалости ко мне? – я села в кресло напротив него, почти не чувствуя под собой ног. В горле пересохло от сильного волнения. Больше всего теперь я боялась услышать утвердительный ответ.

– Нет! – твердым голосом заявил он, посмотрев мне в глаза. – Сперва мной руководило только чувство вины, а затем твое лицо стало преследовать меня. Казалось, это просто какое-то физическое влечение. Но со временем я окончательно понял: мое чувство к тебе – не просто желание обладать твоим телом, а нечто гораздо большее… Меня восхищало твое мужество, решительность, твой неукротимый и стойкий дух. Я стал искать встреч с тобой. Много раз хотел во всем признаться, вот только что я мог тебе дать? Ни кола ни двора… Представь себе мое состояние, когда вместо нежности в твоих глазах видел лишь страх и презрение.

"– Ты отдавал мне свои деньги, – потрясенно проговорила в ответ. – Это ты приходил за артефактами? – я должна была разозлиться на него, обидеться, что он заставил меня через столько всего пройти, но ничего подобного не произошло. Дамиан правильно заметил: я не приняла бы от него денег, по крайней мере, на тот момент.

– Не всегда. Если у меня не получалось, их забирал магистр Олдридж, но, как правило, я, – значит, и мой куратор участвовал во всем этом.

– А письма с заданиями? – прозвучал очередной вопрос.

– Мой брат. Почерк куратора ты бы сразу же узнала, а мой не очень-то подходил под выдуманный образ. Оливия, поверь, я не думал, что все так затянется. Спустя год попытался добиться твоего восстановления, но ректор и слышать об этом не хотел. Затем прошел еще один… Лорд Веллингтон должен был уйти на заслуженный отдых, и во мне теплилась надежда, что с его уходом что-нибудь да изменится, но нет… он остался еще на год.

– Почему ты сказал мне в последний раз, что мы скоро свидимся? – всплыла в памяти июльская ночь.

– Я собирался с тобой познакомиться, а со временем уже и признаться во всем, ведь обстоятельства складывались как нельзя лучше, – вкрадчиво проговорил Дамиан.

– Мог бы сделать это и пораньше, – упрекнула его, быстро смахнув одинокую слезу со щеки.