Законник Российской Империи. Том 2

Однако чувство, что этот взгляд был не просто случайным, а осознанным, не покидало меня. Внутри всё зазвенело, словно натянутая струна.

Суматоха в лагере тем временем продолжалась, но теперь она словно стала более приглушенной, сдержанной. Прошло несколько часов. Проверяющие ходили вдоль ангаров и складов, что-то заполняли в журналах, переговаривались шепотом. Солдаты старались не суетиться, но в их движениях чувствовалась напряженность.

Я направился к складу. Мои шаги были уверенными, словно я был здесь обычным солдатом, исполняющим свои обязанности.

В целом мы сделали все, что нужно, и нам с Левински не было необходимости задерживаться в лагере, но у меня было пара интересных идей. Вот только не успел я сделать и нескольких шагов, как услышал голос за спиной:

— Вот уж не думал, что сын министра Темникова пойдет в мой тренировочный лагерь. По моей информации, он должен служить в Судебном Бюро, разве нет?

Я замер на месте. Голос был низким, спокойным, но в нем чувствовалась скрытая сила.

Не оборачиваясь, я уже знал, кто это. Что ж, кажется, мне даже не придется напрягаться, чтобы воплотить свои идеи в жизнь. Я медленно повернулся.

Михаил Алексеевич был в нескольких шагах от меня. Его фигура, высокая и статная, казалась ещё более внушительной. Он медленно шел ко мне, его взгляд был хищным, словно он загнал очередную добычу.

Я выпрямился, встречая его взгляд с улыбкой.

— Как и я не думал, что моя скромная персона знакома второму принцу, — ответил я с лёгкой усмешкой, — я очень польщен вашим вниманием.

Михаил усмехнулся, его глаза сузились, будто он оценивал мою реакцию. Видимо, ему нравилось, что я не теряюсь в его присутствии. Он сделал ещё несколько шагов ко мне, останавливаясь в опасной близости.

— Да-да, — протянул Романов спокойно, — именно таким мне тебя Андрей и описывал. Я бы разочаровался, если бы было иначе.

Ага, значит, Андрей Алексеевич успел поделиться своими впечатлениями обо мне. Неудивительно. Третий принц, со своей любовью к играм и интригам явно не мог удержаться от того, чтобы рассказать брату о нашем знакомстве.

Вот только зачем? Очередная его игра или просто ход в уже начавшемся представлении?

— Что же привело вас сюда, Максим Николаевич? — Михаил Алексеевич говорил спокойно, но в его голосе чувствовались скрытые нотки подозрительности. Он ждал моего ответа.

Я выдохнул, сдерживая улыбку. Ну что ж, если он все знает, то почему бы не раскрыть карты? Тем более я сам об этом подумывал.