Мои

Откуда-то сбоку подъезжает с лихим разворотом тачка.

Явно, значит, чтоб я увидел уже.

Смотрю, как с переднего сиденья вываливается Вася Буйвол, свояк Каза и постоянный партнер его по спаррингу, выдыхаю, прикуриваю вторую, чувствуя, что нервы надо успокаивать.

У Васи — свое охранное агентство, самое большое и популярное в нашем городе. Раньше это называлось рэкет. Теперь — услуги по оказанию охраны предприятиям.

Вася в этом вопросе — спец.

Формально его бизнес не подо мной, а вот фигурально…

Но все равно его ребята в стороне обычно, и то, что Каз его прислал, значит, что моих жестко чистят.

И правильно.

Расслабились совсем.

Мы с Васей пожимаем друг другу руки. Отмечаю, что Буйвол стал еще больше и волосатей. Зарос густой бородой, как неандерталец. Выглядит жутко, пацанята Ваньки, вон, в шоке таращатся.

А Ванька, торопливо прощаясь со своей братвой, радостно идет здороваться.

— Здорово, уголовник, — басит Буйвол, — как оно?

— Да норм, — пожимает здоровенную ладонь Ванька.

— Чего ж ты, дурак, попался-то? — смеется Вася, косясь на меня.

— Не успел увернуться…"

"— Ничего, — сквозь зубы говорю я, — с завтрашнего дня я лично буду тебя учить. Уворачиваться.

Ванька напрягается, а Буйвол ржет и хлопает волосатой лапой по его плечу:

— Попал ты, Тагирович!

У Ваньки такая рожа, словно что-то дерзкое ляпнуть желает, но молчит. И это — хороший признак, значит, мозги все же на месте, хоть и сильно гормонами повреждены. Ну ничего, будем восстанавливать.

Главное, выяснить, в какое место они уплыли. Если ниже живота, то…

— Домой его буксируй, — командую я Васе, — и там людей своих поставь. Смени моих полностью.

— Понял, — кивает Вася, — а твоих кто заберет?

— Каз скажет, куда их.

— А ты сам?

— Аню заберу и приеду.

— Аня знает? — хмуро влезает в разговор старших Ванька.

Никакого уважения.

— Узнает, — коротко информирую я его, и физиономия сына становится по-детски жалостливой.

— Не говори ей… — просит он тихо.

Молчу мстительно.

Пусть помучается. Столько нервов мне сегодня сжег, щенок. Я и без того уже на висках седой, а с такими перепадами вообще башка белая станет.

— Па-а-ап… — тянет Ванька, явно пересиливая себя.

Не говорю ни слова, отворачиваюсь и иду к машине.

— Ну па-а-ап… — отчаянно звенит мне вслед.

— Пошли, парень, — миролюбиво басит Буйвол, — наказание надо принимать с достоинством. Особенно, если за дело косячил.