Мои

— Привет, Тагир Хасанович, — басит Пал Саныч, — парнишку своего не потерял?

Твою мать.

— Потерял.

— Ну вот я нашел. Приезжай, будь другом. Забери его, нахрен.

Глава 34

— Массовая драка, парочка травм средней тяжести, пять — легкой… — Пал Саныч делает трагическую паузу, смотрит на меня очень многозначительно, затем продолжает, — тяжелых нет. И это, зная, чей он сын, прямо удивительно.

Едва сдерживаюсь, чтоб плечами не пожать. Ничего удивительного. Сын, в отличие от меня, получает сейчас классическое спортивное образование, и его тренер вбивает в первую очередь навыки сдерживания своих порывов.

И лайтово.

— Кроме этого, — говорит Пал Саныч, — оскорбление сотрудников полиции… — и снова многозначительно, — действием. Твоего бешеного засранца трое взрослых мужиков еле угомонили.

Молчу.

Ну, а что тут скажешь?"

"Плохо в полиции с физподготовкой сотрудников? Мой парень слишком хорош? И то, и другое верно.

Пал Саныч Ваньку, конечно, отпустит, но зачем дополнительный напряг?

Когда-то мне было глубоко пофиг на душевное состояние ментов, на обострение ситуации и прочее.

Бешеный Хазар не знал, что такое политика.

Но все меняется.

Особенно, когда появляется, ради кого этой политикой заниматься.

— Причины он, естественно, не называет, вообще ни слова не сказал, сидит пень пнем, — вздыхает Пал Саныч, понимая, что от меня тоже никакой реакции не дождется, — но, так как в драке принимали участие несовершеннолетние, сам понимаешь, просто так дело не замнешь… Родители, опека, контроль генпрокурора… Если доорутся до него.

Снова многозначительная пауза.

Которую я разбиваю лаконичным:

— Сколько?

***Ванька лениво открывает глаза и отрывает затылок от стены, а затем и садится ровнее, когда видит, кто к нему пришел.

Я переступаю порог кабинета, осматриваюсь выразительно, специально не глядя на сына, молча, с напрягом пялящегося на меня.

Кабинет — не чета тем, что были раньше, вполне себе пристойный. Уютный даже, чистый и светлый. Никаких обшарпанных стен, разнокалиберных стульев и кривых столов. Вот что бабки спонсорские делают. И мои, в том числе.

Иначе стал бы Пал Саныч вокруг меня скакать, как же!

И Ванька бы не в кабинетике удобном и теплом папку дожидался, а в холодной камере, несмотря на то, что несовершеннолетний.