Волшебство любви

Франческа пыталась не замечать этих всхлипов, потому что тогда она бы стала думать обо всех тех домыслах, которыми кормила Джорджиану Эллен, чтобы объяснить, почему она так долго не навещала свою племянницу, и в этом случае ей едва ли удастся удержать себя в руках.

— Я тоже очень по тебе скучала, — сказала она своей племяннице. — Мне очень жаль, что я не могла навестить тебя раньше.

Джорджиана, поколебавшись, с философским видом кивнула:

— Я понимаю. Мама говорила мне, что у взрослых много разных дел и забот, и они не могут тратить столько времени, сколько бы им хотелось, на то, чтобы приезжать в гости.

Франческа сделала глубокий вдох и сосчитала в уме до десяти. За это время гнев, который грозился выплеснуться наружу от того, что Джорджиана называла Эллен мамой, и оттого, что Эллен внушила Джорджиане, будто у нее, Франчески, нет на нее времени, хотя это именно она, Эллен, не давала им видеться, отчасти утих.

— Нет таких дел, которые бы не пускали меня к тебе, — сказала Франческа.

Джорджиана широко улыбнулась:

— Правда? Я помню, папа говорил, что она была красивая.

— Это так, милая, — тихо ответила Франческа. — Совсем как ты.

— Эллен. — Персеваль стоял в дверях. Вид у него был понурый. Он мрачно покосился на Франческу перед тем, как обратиться к сестре: — Эллен, выйди сюда на минутку.

Казалось, она боялась покинуть комнату. Взгляд ее метнулся к Франческе, потом к Джорджиане, потом назад, к брату.

— Сейчас, Перси? — всхлипывая, спросила она.

Он кивнул:

— Да, сейчас. Ты должна дать Джорджи возможность поговорить с… — Он сделал паузу и скривился, словно попробовал что-то гадкое. — Позволь Джорджи поговорить с ее тетей.

Джорджиана почувствовала напряженность.

— Зачем? — спросила она тревожно. — Почему я должна поговорить с тетей Франни, дядя Перси? — Не дождавшись ответа от Персеваля, она посмотрела на Эллен. — Почему, мама?

Эллен Хейвуд завела руки за спину.

— Нет причин, по которым тебе бы не следовало с ней поговорить, Джорджи, — сказала она надтреснутым голосом. — Вы же давно не виделись.

Но сейчас Джорджиана уже не на шутку встревожилась.

— Тетя Франни? — Она вопросительно посмотрела на Франческу. — Можно маме остаться?

— Нет-нет, — сразу же сказала Эллен. — Я только… Я только выйду в сад с Билли и Джеком.

Она бросилась прочь из комнаты, и Персеваль, обняв сестру за плечи, вывел ее за дверь.