Волчья хватка. Книга третья

А то у них темновато, не разглядишь прелестей…

Ражный запустил электростанцию и пошёл в сарай исполнять чисто мужскую бондарную обязанность — готовить бочки под вино, подбивать обручи, если иные рассохлись, или вовсе менять на другие.

Оказалось, баню истопили опять не для него. Когда невесты помылись и уже в белых холстяных сарафанах, скромных платочках явились в сарай, стало ясно, для чего требовалась стерильная чистота. По приставной лестнице девицы поднимались в чан, на его краю скидывали резиновые галоши, снимали матерчатые чуни и босыми ступали на закисающий виноград.

—Смелей! — жизнерадостно и торжественно бодрила вотчинница. — И проворней! А то шкандыбаете, как хроменькие. Да подолы–то берегите! Замочишь подол–честь девичью потеряешь! Невесты о чём–то пошептались и зажали рты, сдерживая смех.

—Чего это вы развеселились? — насторожилась вдова. — Примета такая!

—Тётка Николая! — озаряя голубым пространство, заговорила самая смелая смуглянка.

Вячеслав наконец–то узнал, как зовут вотчинницу, и подивился переиначенному на монастырский лад мужскому имени.

—Если б только подол, — мечтательно и сдержанно проговорила та. — Меня Булыга по горло искупал… В другой разрасскажу. Топчите! Да волос не роняйте.

—А мы в платочках! — с серьёзным видом отпарировала Лела.

—У вас что, волосы только на головах растут? — спросила с намёком вдова, чем вызвала новый приступ веселья.

—А с меня пот капнул! — придуривалась смуглянка. — Вино испортится?

—От пота крепче будет, так что проливайте. Девичий пот, он что мирра, священный… И хватит языками чесать!

Ражный тем временем в другом углу возился с бочками. Дело оказалось нехитрым, за полчаса он подбил все обручи, один, ставший великоватым, заменил и уже поглядывал на дверь в предвкушении охоты, но вдова обнаружила брак.