Вернуть нельзя, забыть невозможно

Они мне очень помогли выжить и вернуться домой. Я у них в долгу…

– Та-ак, и? – тянет он многозначительно.

– Что «и»? Краткая справка по событиям. А для тебя есть партийное поручение, – переглядываемся с Павлом. Тот давится смехом, но всеми силами старается оставаться невозмутимым.

– Уже страшно, – фыркает Матвей, подсознательно чувствуя подвох, но выбора нет. Стрелки сошлись на нем.

– Надо съездить к матери и осторожно ее подготовить к воскрешению сына…

– Мне? – восклицает он и качает головой. – Вы сдурели? Я еще жить хочу.

– Больше некому, – развожу руки в стороны, а Паша хлопает его по плечу. Деваться некуда. Остальные сыновья уже слились с этой затеи.

– Я съезжу, – внезапно произносит Вика. В голосе нет ни капли сомнения, лишь стальная решимость.

– Викуся. – Матвей, дурачась, падает перед ней на колени. – Спасительница ты моя.

Она смеется и ловит мой взгляд.

– Все нормально. Я справлюсь. Заодно объясню ей все.

– Ты уверена? – с сомнением произношу я.

– Более чем.

Что-то мне совсем не нравится эта идея.

– Ну хорошо, – согласно киваю, принимая ее помощь. – Тогда сходку предлагаю объявить завершенной и разойтись. Мот, поможешь с переездом?

Брат, обрадованный тем, что с него сняли такую ношу, готов на все. По глазам вижу, что не откажет.

– Когда?

– Когда мы будем готовы? – с надеждой спрашиваю у жены. Не имею не малейшего понятия, что с их вещами. Как сильно они с дочкой обосновались в квартире брата. Но домой хочется ужасно.

– Мы уже готовы, – мягко улыбается она.

– Тогда сейчас.

– Я в полном вашем распоряжении, – смеется Матвей. – Кофе только налейте, а то ночь была длинной…

– А я? – робко бормочет Настя и растерянно смотрит на всеобщее веселье.

Как по команде переглядываемся с Викой. Я не знаю, что сказать. И имею ли права просить ее о снисхождении? Настя нам никто, и Вика не обязана принимать ее в своем доме, а настаивать я не хочу. Как решит, так и будет.

– Поживешь пока у нас, – неожиданно говорит она, словно прочитав мои мысли.

– Правда? – с недоверием спрашивает Настя.

– Конечно. – Вика улыбается и обнимает ее.

– Спасибо.

Все-таки мне досталась самая лучшая женщина на свете. Расплываюсь в счастливой улыбке, а Вика демонстративно вздрагивает подбородок, давая понять, что ее доброта на меня не распространяется и ее расположение придется все же заслужить. Лишь покорно вздыхаю, признавая власть матриархата.