В плену желаний

 — Что два любящих человека решили кардинально решить вопрос? Вторжение к женщине своей мечты — это какая статья?

— Никакая, — Вера ничуть не смутилась. — А вот некоторые вещи, Стрельцов, на пожизненное тянут, без права переписки.

— А я готов понести самое суровое наказание, — Олег выразительно поиграл бровями и тотчас же сменил тон: — Знаешь, мне сначала показалось, что это все — наваждение, потому что ничего подобного в моей жизни никогда не было. А с другой стороны, в моей жизни никогда не было тебя, — он подошел к ней почти вплотную.

— И ты не нашел ничего лучше, как… — лицо Веры исказилось. Меньше всего ей хотелось показать свою боль тому, кто ее причинил. И все-таки она расплакалась, просто не сумела сдержать внезапно подступившие слезы.

Стрельцов порывисто обнял ее, Смирнова уперлась кулачками в мощную грудь. Вырваться ей не удалось: наверное, потому, что на сопротивление не осталось сил. Не физических — моральных.

— Я не должен был тебя отпускать, — зашептал он на ухо. — И я не должен был пытаться заменить тебя кем-то. Не хочу кормить тебя сказками про то, что я такой и другим никогда не стану…

Вера резко отстранилась и посмотрела Олегу прямо в глаза. Печальный и усталый взгляд стал злым, а выражение лица — непримиримым.

— То есть ты извиняешься за то, что переспал с какой-то бабой, — медленно проговорила Вера. — Ты просишь прощения за чертову измену, и тебе не приходит на ум, что я пережила что-то более ужасное?! Да провались ты со своими признаниями, Стрельцов! Ты даже не понимаешь, что натворил, ты даже…

Оглядевшись по сторонам, Вера не нашла ничего тяжелее своей сумки.

Происходящее в следующие пару минут можно было бы назвать потасовкой, если бы Смирнова чуть сильнее нападала, а Стрельцов хотя бы пытался защищаться.

— Вон отсюда, — наконец прошипела она. — И теперь твоя очередь передавать привет друзьям.

— Каким друзьям? Какой привет?

— Я сказала — вон!

Нервы сдали. Олег буквально взял Веру в охапку, завел в комнату и, усадив на кровать, аккуратно потряс за плечи.

— Или ты мне сейчас же все рассказываешь, или я все выясню сам.

Что-то в этих словах подкупило Веру.