В плену желаний

— Я к тебе в секретари не нанималась, сам передавай, — пренебрежительно ответила Романова и отвернулась к окну, всем своим видом демонстрируя безразличие к данной теме.

От такого неприкрытого неуважения у Громова заиграли желваки, но он мужественно сдержал свой гнев и, приблизившись к Ире, спокойно проговорил:

— По-моему, ты чего-то недопонимаешь… Но ничего, я объясню.

— Ну попробуй, — согласилась она, но так и не удосужилась повернуться к Тимуру лицом.

— Если я прошу что-то сделать, значит, ты должна это сделать, а не дерзить и пререкаться, — разъяснял он, медленно растягивая слова.

— Ага, бегу и спотыкаюсь, — насмешливо произнесла она.

— Послушай меня сюда, — прошипел Громов, в два шага преодолев расстояние между ними, и, схватив Романову за руку, развернул ее к себе. — Предупреждаю в первый и последний раз, еще раз такое повторится, я тебя накажу.

Его глаза метали молнии, но Ира не боялась.

— Смешно, — ухмыльнулась она, все больше распаляя заведенного Тимура. — В угол поставишь?

— Выпорю, — серьезно ответил он.

— Ну-ну, дрожу от страха…

Ирине нравилась эта игра. Нравилось выводить Тима на эмоции. Она была уверена, что его слова не что иное, как блеф, и свято верила в свою безнаказанность.

— Я все сказал, — сквозь зубы процедил он и, выпустив ее запястье, покинул комнату.

***Громов мылся в душе, когда в дверь постучали.

"Инга собственной персоной ждала его, мерно похаживая из стороны в сторону.

— Ничего, что я сама вошла? — поинтересовалась она, кокетливо улыбнувшись.

— Правильно сделала, — поддержал ее инициативу Тим и, подойдя к шкафу, достал с полки чистые вещи.

— Тим, ну ты бы хоть оделся, — поддразнила его Томилина, осматривая безупречное мужское тело.

— Стесняешься?

— Наоборот, боюсь не сдержаться и начать приставать, — томно проговорила Инга и закусила губу, вожделенно посмотрев на Тимура.

— Я весь твой, — в тон ей ответил он и, подмигнув, потянулся к узлу на полотенце.

— Не-не-не, — закричала девушка и выставила ладони вперед. — Ты дурак, что ль? Ирка мне все глаза выцарапает.

— Ревнует? — спросил Громов и задержал дыхание в ожидании ответа.

Томилина не ответила, но ее взгляд был красноречивее всяких слов. Тим довольно улыбнулся, настроение тут же поднялось.