В плену желаний

От его взгляда она немного смутилась и лишь робко улыбнулась. Куликова всегда неплохо готовила, но чаще всего самую обычную домашнюю еду — на кулинарные изыски времени совсем не хватало.

— Давно не ел человеческую еду, — добавил Стас и слабо улыбнулся в ответ.

— Я заметила, — иронично заключила Татьяна.

В воздухе повисло неловкое молчание. Оба понимали, что должен состояться какой-то разговор, но никто не решался его начать.

Дымов никогда не любил пустую болтовню, считал все эти разговоры лишь напрасной тратой времени: какой смысл в обсуждении их отношений? Ему нравилась Таня, он хотел ее как женщину, и это нормально — ведь он здоровый мужчина, простая физиология и ничего более.

Зачем усложнять?

Куликова смотрела на Стаса и понимала, что он обычный человек, со своими достоинствами и недостатками, но она, наверно, одна из немногих, кто видел его именно таким.

Невольно вспомнилась их первая встреча — не самые приятные обстоятельства. Мало того, что Дымов чуть не задавил ее и окатил водой из лужи, резко затормозив перед пешеходным переходом, так еще и нахамил.

У себя в отделе он тоже оказал не очень-то радушный прием, да и вообще все их встречи, которые можно было пересчитать по пальцам, походили, скорее, на гневные перепалки или же саркастичные подколы, нежели на нормальное общение. И Таня никак не могла поверить, что со Стасом можно спокойно разговаривать за ужином.

Нет, он не изменился с тех пор, просто она узнала его другого, настоящего и закрытого для всех.

События мелькали один за другим, и она еще не успела осознать, что происходит. Татьяна сама не заметила, как взаимная неприязнь переросла во что-то большее, и вот теперь она сидит на кухне грозного подполковника и наблюдает за тем, с каким аппетитом он поглощает приготовленную ею еду.

Куликова не знала, как к нему подступиться, какие слова подобрать. Не хотелось ходить вокруг да около, говорить банальности, ну и Дымов не производил впечатление человека, понимающего тонкие намеки, поэтому она начала прямо в лоб:

— Стас, ты мне небезразличен.

Я не знаю, получится у нас что-то или нет, но давай будем честными друг с другом…"

"Дымов не был готов к таким серьезным заявлениям и даже на секунду растерялся, но вовремя сумел взять себя в руки, продолжая невозмутимо пережевывать пищу. Никогда прежде он не слышал подобных слов в свой адрес, а потому не знал, как на них реагировать. Таня говорила искренне и этим обезоруживала.