Трое из Леса. Первая трилогия

От любви дуреют лоси в весенний гон да дурни. Правда, лоси дуреют только весной, а дурни – всегда. Выходит, дурак дурнее лося?

Олег опустил глаза. Мрак говорил с излишним напором. Словно старался отогнать то страшное видение, что предсказал когда-то Боромир, а теперь еще и Дана.

– Как тебе богиня? – спросил он. – Я их представлял другими.

– Какими?

– Ну… другими. Эта яркая, но… сонная. Ей все обрыдло, не видишь? Любая баба из нашего села живее. А эта как трава. Замечает ли, что летят столетия, а не дни? Мы видим, как растет весной молодая травка, а она замечает разве что, как вырастают Леса, рассыпаются в прах, как Река меняет русло, как рассыпаются в песок Горы… Может, живет тут лишь потому, что здесь всегда все одинаково? А зима-лето – что для нас день-ночь.

Олег долго смотрел на журчащий ручеек, стол с объедками исчез, сказал нерешительно:

– Не знаю, хотел ли бы я жить так. С одной стороны – много времени для раздумий о Великой Истине…

– Дитенок у нее славный, – сказал Мрак. – В самом деле, растет не по дням, а по часам.

– Что за диво? И от дураков дети бывают. Это дело, как говорил Боромир, независимое.

– Но ребенок умненький! И хитренький. Тарху таким никогда не стать.

– Почему?

– В деда, видать. Или в прадеда. Да и зачем Таргитаю ум? Вдруг не станет так здорово песни лепить? Их не умом складывают – сердцем. А сердце у него, сам ведаешь, телячье.

Лиска переводила взгляд с одного на другого, оглядывалась на Таргитая.

– Ума у него нет вовсе, – заметил Олег сердито.

– Ты прав. Зачем еще один умник? От твоей правильности да праведности бывает тошно. Пусть лучше песнями занимается.

Суровое лицо смягчилось, словно слушал песни Таргитая.

Невры щупали стены, искали выход, когда камни без шума и треска разошлись. В ослепительном солнечном свете появилась Дана. Окинув быстрым взглядом невров и Лиску, спросила:

– Уже?

– Пора, – ответил Мрак степенно.

Таргитай раскрыл рот, чтобы поправить глупого Мрака – никакого хлеба и соли не было, но Олег и Лиска оба ткнули его под бока. Дана кивнула:

– Вас вынесут на берег мои слуги, а там рукой подать до Мирового Дерева.

– Что-то не заметили в прошлый раз, – пробормотал Мрак. – Небось не такое уж и высокое?

Дана сказала потвердевшим голосом:

– Это Прадуб, который вершиной сягает до седьмого неба, а корнями свисает в преисподнюю.