Трое из Леса. Первая трилогия

Фарад объяснил:

– Главе посольства положено ехать в шатре. Но насчет привалов ничего не сказано. Вот и разминается, тешится.

– А если напорется на киммеров?

– У нас охранные грамоты.

Баджед вернулся на взмыленном коне. Горбатые звери лежали, лениво двигая губами, караванщики и трое невров сидели у костра. Бросив поводья стражу, Баджед сел к огню.

– Нравятся наши кони? – спросил он вдруг.

Невры переглянулись, ответил Мрак:

– По-моему, лучше не бывает. У киммеров что-то мелкое, вислобрюхое. А ваши кони ветер догонят, от стрелы уйдут! Вы хорошие воины, но еще лучшие волхвы…

– Волхвы? – не понял Баджед.

– У вас волшебные звери. Ну те, горбатые… На свете таких не бывает!

Баджед растянул губы в насмешливой улыбке:

– А, верблюды… Корабли пустыни, как их зовет наш народ. Могут идти по самым сыпучим пескам, где погибает даже мышь! Наши товарищи их ценят.

Невры переглянулись. Олег ахнул. Баджед добавил высокомерно:

– Главное, могут идти через самые жаркие пески! Неделю, две даже не требуют воды…

– Что за боги их создали? – прошептал Олег потрясенно.

Баджед ответил с достоинством:

– Говорят, верблюды сами были древними богами. У нас самая древняя страна на свете, а мы – самый древний народ. Правда, киммеры утверждают то же самое… гм… но наши боги настолько древние, что многие остались зверьми, а другие стали людьми лишь наполовину. Сильнее их нет на свете. И сильнее нашей магии нет.

Он скалил зубы, наблюдая за их растерянными лицами. Олег спросил потихоньку:

– Прости за мелкий вопрос, но у меня страсть понимать чужие слова.

Баджед мгновенно потемнел, бросил на Олега лютый взгляд, будто тот наступил на больную ногу.

– Мы тоже были соратники, когда шли на рать или шли с рати! Сейчас везем для кагана богатый товар… Понятно? Из боевых ратников по воле фараона превратились в товарищей. Противно, но куда денешься?

Мрак впервые поднял голову, взглянул Баджеду в лицо.

На ночлег устроились рано. Таргитай заснул едва ли не раньше, чем щека коснулась земли. На этот раз даже снов не видел, спал так, хоть дрова на нем коли… Впрочем, он всегда спал так.

Утром попытался перевернуться на бок, подгрести к груди колени, но что-то мешало. Кое-как перекатился на бок, полагая, что барахтается в кошмаре, когда руки и ноги не слушаются, а враг настигает…

Справа с проклятиями катался по траве Мрак.