Бог Войны

Я была предана ему как религиозный фанатик и сумасшедший фундаменталист, пока грандиозность не разрушилась прямо на моих глазах.

Бог никогда не был Богом, в конце концов. Он больше похож на дьявола. Грешный, соблазнительный и разрушительный.

Теперь я понимаю, почему люди, оставляющие свою религию, относятся к ней с презрением. Я полностью понимаю, почему они саботируют, осуждают и пишут ненавистные слова на непонятных интернет-форумах.

Когда ты отдаешь недостойному Богу всю свою преданность, а он через это разрушает тебя, ты обязан возненавидеть его, чтобы не возненавидеть ту глупую версию себя, которая когда-то поклонялась ему.

Когда я следовала за этим Богом, как влюбленный щенок, а он смотрел на меня раз в голубую Луну, у меня чуть не случился сердечный приступ от волнения. Мне повезло получить хоть какое-то признание от мужчины, к ногам которого падали девушки, но я была единственной, кто приблизился к нему.

Теперь я вижу все как есть.

Я встречаю ледяной взгляд Илая своим бесстрастным.

— О, прости. Ты только что намекнул, что мне должно быть важно твое мнение по поводу всего, что я делаю?

Он подходит ближе молча, плавно, почти жутко. Я вынуждена откинуть голову назад, чтобы посмотреть на него.

Мне не нравится, какой он высокий, а я отнюдь не коротышка.

Просто Илай был создан для того, чтобы смотреть на большинство людей сверху вниз со своим прямым носом, и у него это отлично получается, со щепоткой высокомерия и нездоровой дозой абсолютного пренебрежения.

Он умеет заставить других почувствовать, что они не стоят и пылинки под его ботинком.

Я понимаю, что дело в красивом лице. Он родился с превосходными генами, благодаря своим родителям и без всякого вклада с его стороны. Лицо, которое заставляет людей останавливаться и пялиться на нелепо острую челюсть, идеально пропорциональные высокие скулы и потрясающе полные губы.

Но самой примечательной чертой Илая всегда были эти загадочные глаза.

Говорят, что глаза — зеркало души, но невозможно понять, о чем он думает, сколько бы вы в них ни смотрели. Они проникают глубоко — настолько глубоко, что когда-то и меня затянуло в их пучины. Я боролась, барахталась и жаждала быть единственной, кто их понимает.

Хорошо, что сейчас я уже вышла из этого омута и безразлична к тому, какие демонические планы он вынашивает.