Тень Великого Древа (СИ)

А кайры говорили: «Браво, капитан! Можете еще про пиратку?» А Нексия… Нексия сидела рядом с Лиллидеем, но большими блестящими глазами смотрела на Шрама. И слушала песни не ушами, как подобает согласно природе, а – всею собой целиком.

Тревога нашептывала Эрвину: «Ты не можешь ревновать. Это в принципе невозможно, поскольку ты лучший из мужчин, и я твоя навеки!» Нет, ревновать он и не думал, просто был крайне удивлен. Шрам и Джемис как будто всерьез состязались за сердце Нексии. И ладно Джемис – со зла, в отместку Эрвину.

Но Шрам… Зачем это ему?!

А следующим днем к Эрвину подошел отец Давид:

- Позвольте покаяться, милорд. Боюсь, тут есть моя вина.

- В чем именно, отче?

И герцог услышал целую исповедь.

Когда-то в юности Эрвин София считал: настоящий воин должен быть молчалив. Болтовня – для девиц и неженок, а истинный боец – суров, как булатная сталь, и лишнего слова не скажет. «К бою!», «Победа», «Помянем» да «Слава Агате» - вот весь лексикон достойного сына Севера.

Попав в походы, Эрвин узнал, насколько ошибался. Нет ничего скучнее, чем день за днем плестись куда-нибудь, а развлечение лишь одно – разговоры. Рассказчик в походе – человек неоценимый. Достаточно одного языкатого парня, чтобы спасти от скуки дюжину солдат. А значит, в состав полноценной роты должны входить хотя бы восемь говорунов.

Войско Эрвина Софии страдало от нехватки личного состава. Вместо положенных на три роты двадцати четырех сплетников имелось от силы пять.

Возможно, поэтому отец Давид решил оказать посильную помощь. Поначалу он, как подобает священнику, предлагал лишь притчи из писания и философские беседы. Убедившись, что товар не пользуется спросом, пустил в ход рассказы из актерского детства. Тут он преуспел гораздо больше: воины слушали охотно и сотрясали воздух смехом. А затем в отряде появилась леди Нексия – и отец Давид сделал то, в чем теперь раскаивался.

- Милорд, умоляю, поймите меня и не держите зла.

Я хотел лишь помочь миледи освоиться, заслужить уважение у кайров. Знаю, как нелегко бывает девушке среди толпы мужчин. Только поэтому я решил сказать…"

"Словом, Давид указал иксам на прежде неочевидный факт: хотя еленовка и носит фамилию Флейм, но происходит из иного, более древнего рода – Лайтхарт. Священник делал акцент лишь на чистоте крови, но кайры увидели и второй смысл: это же те самые Лайтхарты, что чуть не скинули Телуриана.