Тень Великого Древа (СИ)

Никого ни разу не выкупили ценой поражения в войне. Ориджины не правили бы Севером, если бы поддавались на шантаж.

Флеминг выронил два слова:

- Это так.

- Но мы можем просто попросить воды в обмен на Иону!

- Уже нет. Если выйдем с нею, ее отберут. Выйдем без нее – будем убиты.

- Как - отберут? Мы прикончим ее у них на глазах!

- А потом погибнем.

- У нас Персты Вильгельма!

- И что же? Придется наступать по узкой тропинке между двух обрывов. Вы видели, как струйка песка вытекает из часов? Такой будет наша атака!

Граф Виттор с размаху опустил кулаки на столешницу.

Он почти не владел собою, но Джоакин вполне его понимал. Самого Джоакина гнев разрывал на части. Какие гады эти северяне! Отравить колодец – чистое злодейство! Всех в замке обрекли на гибель от жажды – и невинных слуг, и женщин, и раненых. Всех в могилу, без разбору! А теперь Десмонд Ориджин бросил собственную дочь. В ту же яму, вместе со всеми! Человек он или бешеный зверь?!

От злобы комкая слова, Джоакин начал:

- Я пр-редлагаю свой план.

С-сспустимся по веревкам ночью…

И вдруг послышался голос:

- На связи.

Все повернулись к лорду Мартину, он держал в руке Голос Бога, брошенный братом. Предмет ярко мерцал, голос шел изнутри.

- Дай сюда!

Виттор выхватил Предмет и выбежал в соседнюю комнату.

Все застыли в ожидании. Повисла тяжелая, гнетущая тишь. Стало слышно, как кто-то блюет внизу, во дворе.

Когда граф вернулся, на нем не было лица. Уронил Предмет на стол, бессильно шлепнулся в кресло.

- Пауль попал в штиль. Приплывет через пять дней.

Лед произнес с каким-то мрачным торжеством:

- Столько нам не выдержать.

Джоакин снова попытался:

- Милорды, мы можем устроить вылазку…

Никто не повернулся к нему, и Джо сбился с мысли.

Почесав густую бороду, граф Флеминг заговорил:"

"- «Позволь иному быть», - гласит заповедь. Нужно проявлять терпимость к чужим нравам и верованиям, но всему имеется предел. Давеча я узнал, что закатники генерала Хориса не брезгуют жрать мертвечину. Они даже сделали из трупоедства некий культ, отвратный по своей сути.

Если колодец на Лысом холме может напоить только часть нашего войска, пусть этою частью будут рыцари-доброверы, а не поганые культисты.

Взгляд графа Виттора обрел остроту:

- Вы предлагаете… перебить закатников?

- Милорд, ваше чело озарено божьей благодатью. Вы были в ложе Семнадцатого Дара и получили власть над Священными Предметами. Не смею советовать вам, но говорю одно: если боги повелят уничтожить трупоедов, я сожалеть не стану.