Те, кого ты предал (СИ)

Но, похоже, не в этот раз…

- Тогда приди сегодня домой и расскажи ей обо всем, - вмешался в его мысли настойчивый голос. – Или обо мне можешь забыть!

Он посмотрел ей в лицо: глаза гневно блестели, тонкие ноздри раздувались, полная нижняя губа – зло прикушена…

Нет, он даже представить себе не мог, что может её потерять. Но почему тогда так сложно было решиться и признаться во всем Насте?..

- Пообещай мне, - продолжала настаивать Катя. – Пообещай или больше… не приходи.

Его пробрала дрожь. Губы автоматически разомкнулись, наружу вырвалось:

- Обещаю.

***

Он шёл домой, перебирая в голове миллионы вариантов того, с чего начать, как сказать Насте, что уходит…

От напряжения заболела голова. А верных слов подобрать так и не удалось. А может, их и вовсе не существовало?..

А что, если она возненавидит его? Если запретит видеться с сыном? Если Антошка, как и он сам, будет расти без отца?..

Хорошо ещё, что делить при разводе им было практически нечего – об этом он позаботился, зная, что не собирается оставаться навсегда…

Измученный всеми этими вопросами, измышлениями, поисками, он поднялся наконец на свой этаж.

Настя готовила ужин. Похоже, его любимую картошку с грибами…

Словно уловив его шаги в прихожей, она в считанные секунды оказалась рядом. Зажгла свет в коридоре, улыбнулась ему – такая ласковая, родная… домашняя.

- Ты чего это тут стоишь в темноте?

Всё, что он сумел сказать ей в ответ – одну короткую фразу…

- Нам поговорить надо, Насть.

Она спокойно кивнула:

- Ладно. Мне как раз тоже надо кое-что тебе рассказать… Пойдём на кухню, чтоб не шуметь. А то Антошка тебя не дождался и уже уснул…

Он послушно протопал за ней следом на кухню. С тоской посмотрел на шкворчащую на сковороде картошечку, сглотнул…

- Так что ты хотел сказать? – поинтересовалась жена, мягко касаясь его плеча.

Он перевёл на неё взгляд, потерялся в голубых глазах…

- Сначала ты.

- Ладно.

Она словно бы рассеянно схватила со стола забытое там полотенце, помяла его в руках…

- Ну, в общем… я жду ребёнка, Саш.

Сердце его вдруг стало таким тяжёлым, что подумалось – грудная клетка этого просто не выдержит. И вот уже оно, сердце, срывает клапаны, летит, падает куда-то… кажется, ему под ноги, проломив собой пол, и оттуда, из-под земли, на него веет холодом, постепенно захватывая все существо…

Но на самом деле сердце его все ещё билось.