Табу на вожделение. Мечта профессора

Но старший — просто терминатор какой-то! Хватка бульдожья! Я бы и рад отцу помочь, но даже не представляю, чем этого Германа зацепить, вообще! Он, сука… непрошибаемый!

Внезапно к их диалогу подключилась Есеня.

— А… а у него жена родом из нашего города! — выпалила она немного взволнованно. — Родилась тут, выросла, институт окончила…

* * *Все без исключения ошарашенно уставились на жену Олега.

Последний так вообще удивленно вскинул брови и строго уточнил:

— Ты с чего это взяла?

Девушка неопределенно пожала плечами.

— Я просто… Глеба знаю!

— Не понял! — ощетинился Мазур.

Есеня закатила глаза, театрально вздохнула и принялась объяснять:"

"— Ну, как знаю — лично мы не знакомы. Но раньше… лет пять назад он активно вел свой видео-блог. Я до сих пор на него подписана! Правда, сейчас он крайне редко обновляет канал, но и не удаляет контент. Там у него миллионы подписчиков. Глеб — творческая личность. Он увлекался режиссурой. Снимал клипы для многих начинающих исполнителей.

Записывал их песни в своей собственной студии. Ему это нравилось. А потом что-то произошло, и… внезапно он ушел в семейный бизнес. Работает теперь с отцом и братом. Но раньше он активно общался со своими подписчиками, вел множество прямых эфиров, во время которых частенько говорил о своей семье. Об отце, который прошел Афган — неудивительно, что этот человек воспитал своих сыновей такими суровыми! О старшем брате и его жене, которая обладает редким даром — вить из Германа веревки. Ее зовут Лера. Ее родные живут здесь, в нашем городе. И Давыдовы постоянно наведываются к ним в гости… мне кажется, это можно использовать!

Марат ошарашенно присвистнул:

— Ты уверена в этой информации?

— Да! — утвердительный кивок. — Как и в том, что Глеб Давыдов — самый красивый мужчина из тех, кого мне приходилось видеть в своей жизни!

Мазур грозно рыкнул:

— Ой, рискуешь, милая! Как бы не пришлось гореть твоей заднице!

— Да брось, Олег! — возразила Есения, мгновенно пересаживаясь к нему на колени.

 — Люблю-то я тебя! Мне больше никто не нужен. Но будем честны: ты и твои друзья — вы другие. У вас брутальная красота. Мужественная.

— А у него?

— У него… совершенная!

Глядя на них, Каримов горько усмехнулся.

«А девчонка-то не промах! Подошла, приласкала своего мужчину. Успокоила. Не то что моя! Мою хрен допросишься! Не… мою хрен догонишь — убегает, сверкая пятками!»

От собственных мыслей стало не по себе.