Табу на вожделение. Мечта профессора

Я пока еще в своем уме! Мне вообще ничего от вас не нужно. Ясно? И если действительно хотите помочь — просто не мешайте!

Пауза. Гневный прищур. И властное:

— Твои трудовые будни в клубе окончены!

— Нет!

— Да, Юля! — твердо, с нажимом.

«Боже! Дай мне сил!»

Она медленно поднялась на ноги и скрестила руки на груди:

— Простите, но я не понимаю, почему вообще должна обсуждать с вами свои решения. Это моя жизнь. Мой выбор. И вас он не касается!

— Ты разве еще не поняла? Меня касается все, что касается тебя, пташечка! — сказал как отрезал.

Удерживая Юлю в плену своих пылающих глаз, Серп приблизился почти вплотную. Встал так близко, что она невольно попятилась назад, упираясь бедром в его рабочий стол. Часто-часто дыша, уставилась на профессора исподлобья, ожидая… да чего угодно. И не зря.

В следующий миг мужчина склонился к ее виску:

— Неужели правда девственница? — зомбирующий шепот прямо на ухо.

Шепот, от которого нервная дрожь прошлась по спине. Юле стало жарко.

— Не… не ваше дело! — промямлила смущенно.

Уголки его рта едва заметно дрогнули.

Глаза посоловели, засверкали лихорадочным блеском.

Из горла вырвался тихий хрип:

— Мое, малышка! Мое!

Так протяжно. Так трепетно.

У Юли дыхание перехватило, и внезапно голова пошла кругом.

От его близости. От его тепла. От его сумасшедшей энергетики.

Особенно когда Каримов, не мигая, уставился на ее губы.

* * *От его голодного взгляда ее сердце толкнулась о ребра с чудовищной силой.

Будто рвалось наружу. Будто рвалось к нему. Прямо в руки.

Юля прилагала неимоверные усилия, чтобы первой не броситься Марату на шею. Чтобы не поддаться этому порыву. Судорожно втянув легкими спасительный кислород, она машинально увлажнила свои безбожно пересохшие губы. И столь невинный жест стал последней каплей. Каримов сорвался. С тихим утробным стоном он крепко прижал Юлю к себе.

Резко впечатал их друг в друга и принялся лихорадочно шарить руками по ее телу прямо поверх одежды.

А она позволяла ему. Позволяла себя лапать и кайфовала от этого как сумасшедшая. Более того, так же жадно лапала его в ответ, просто дурея от этого безумия. Только сейчас девушка осознала в полной мере, как сильно по нему соскучилась. Как дико истосковалась по его прикосновениям.

В какой-то момент профессор усадил Юлю на стол и торопливо вклинился между ее бедер. Сам же застыл в жалких миллиметрах от ее лица.