Сваха для дракона

Сердце забилось в грудной клетке, словно птица в неволе. С громким шорохом хлынул дождь, как будто только и ждал, пока я выскажу свои догадки, и заглушил голоса соседей. Я вскочила, опасаясь промокнуть до нитки, но с удивлением для себя обнаружила, что над нами раскинулся «зонт». Полукруглая сфера, не позволяющая буре подойти ближе к дому. Дождевой поток скатывался с ее покатых боков, и весело бежал дальше, шипя и пенясь. Вокруг бушевал шторм, а мы сидели на единственном сухом пятачке.

– У вас нет доказательств моей вины, – Одхан напрягал голос, пытаясь перекричать ураган.

Черная, угрожающего вида воронка, покачиваясь на гибком тонком черенке, росла над Геммином. Она была слишком мала, чтобы причинить реальный вред столице, но один ее образ пугал меня до леденеющих ног. Я еще помнила безжалостные песчаные бури, которые в два счета уничтожали поселения в Цурионе, если те не озаботились безопасностью. Деревянные щиты, поднимавшиеся во время бурь, выдерживали натиск песчаных смерчей и оберегали дома цурионцев от неминуемого разрушения. Но даже воспоминания о них нагоняли на меня ужас.

– Так же, как у вас нет доказательств невиновности. Князь в состоянии сложить несколько очевидных фактов, чтобы получить нужный вывод.

– Да вы угрожаете мне! – восхитился Одхан, хлопая в ладоши. – Какая прелесть!

Разговор затягивался, петляя из стороны в сторону. И пускай плащ надежно укрывал меня от ледяного ветра и брызг дождевых капель, я устала пытаться перекричать ветер.

– Пойдемте в дом, – со вздохом предложила я, зная, что разговор будет долгий и непростой. С Одханом не бывало иначе.

Рыжие волосы от влажности завивались кольцами у висков, и светлокожий Одхан стал напоминать мальчика-подростка, который пытается вести себя как взрослый.

– Прохладно у вас тут, – пробормотал он, едва переступил порог, и тут же щелчком пальцев заставил вспыхнуть камин. Деловитое пламя заскакало на поленьях, выгоняя из гостиной стылую сырость и заброшенность.

Ковер залило теплым оранжевым светом, и я успокоилась. Он не сможет мне навредить, как бы не пытался. Но Одхан, кажется, и не собирался делать ничего подобного. Уютно устроившись в кресле напротив очага, он с любопытством озирался в поисках примечательных вещичек.

– Скромно и со вкусом, – одобрительно прищелкнул языком, закидывая ногу на ногу.

– Чай не предлагаю. И прошу воздержаться от ваших проделок, – я покачала головой, садясь рядом.