Стань Звездой!

— Завтра в полдень на тренировочном полигоне, — сказал сухо, привычно оглядывая каскадеров на предмет повреждений. — Сценарий сцены и описание трюков у вас на почте, все вопросы обсудим завтра.

Кажется, его голос звучал сегодня еще серьезнее, а сам он выглядел еще мрачнее чем обычно. А все потому что он никак не мог отделаться от ощущения, что все эти люди крали у него сейчас что-то очень важное. И дело было вовсе не в том, что он боялся оставлять Зака и Курта одних… Или как раз именно в этом.

На самом деле, ему было почти неважно, сдержит ли Зак обещание не спать с Куртом.

— Мистер Ласард, а как Фрэнк? — спросила Эллен, работавшая в его коллективе меньше года. — С нами он не общается.

— Он в реабилитационном центре, по восемь часов в день занимается физиотерапией, — Эрик заставил себя говорить спокойно. Эллен двигало искреннее беспокойство.

Город сковали пробки. Купленная навынос паэлья, наверное, давно остыла, а желудок подводило от голода. Едва сдерживаясь, чтобы не вдавить педаль газа в пол и не начать резко перестраиваться из ряда в ряд, отвоевывая места в потоке, Эрик достал из бардачка дежурную упаковку протеинового коктейля, сделал несколько глотков и послушно пристроился в хвост нескончаемой очереди на поворот.

Чего он ожидал меньше всего — так это что домик Зака встретит его тишиной и безмолвием. Машины Курта на парковке не было, зато машина самого Камерона стояла там же, где и утром. А ее хозяин нашелся мирно спящим на диване в саду со свернутым листиком лимона во рту.

— Это новомодная диета, или бросить курить оказалось не так легко, как ты говорил? — хмыкнул Эрик, глядя на Камерона. Его футболка скаталась мягкими валиками и задралась к подмышкам, а на щеке, когда он повернулся на голос, остался отпечаток подушки.

— Курить хочу, — отозвался Зак несчастным голосом.

— Ты сам согласился на этот спор, — Эрик присел на краешек дивана, погладил Зака по бедру. Так просто было сейчас подсунуть Заку сигареты, а потом бросить в лицо Курту, что не так уж и хотелось Камерону того минета. Но Эрик не готов был идти на подлость. — Хочешь, иголку поставлю? — спросил тихо. — Поможет продержаться, и а там и до субботы недалеко.