Стая

– Пока, – не согласился с ним Врадес, буравя брата пронзительным взглядом холодных глаз, в которых уже мелькал красноватый волчий отблеск. – Но щенок рано или поздно все равно становится волком.

Кота вдруг поняла, что совет в землянке Авеса собрался не по ее поводу. Братья рассуждали, убивать ли Лая. По шее побежали мурашки. Из-за дружбы с ней парнишка рискует головой!

– В любом случае, – вдруг прозвучал рокочущий голос Ломлеса, который появился на пороге, оттирая с широкого лба заслуженный пот, – это решать не вам.

Да и не мне…

– Поэтому ты не пришел? – тряхнув рыжей головой, уточнил Ковес.

– А чего время зря терять? – пожал плечами мрачный мужчина. – Бревно само на землю не ляжет, ужин сам не приготовится. Это вам делать нечего, насколько я понимаю. Честное слово, точите тут лясы… как бабы селянские!"

"Врадес дернулся, напрягшись. Но сдержался. И лишь шевелящиеся желваки показывали, насколько он взбешен. Ломлес был старшим. А значит, главным. В отсутствие Солдеса. Метнув нож в опору, которая поддерживала массу земли, он быстро вышел наружу.

Ковес подорвался следом за братом, явно разделяя его мнение. Авес же спокойно развернул следующий свиток и уселся удобнее, показывая всем видом, что ему не до еды.

– Не понимаю, – прошептала Кота, оглядываясь на грустно улыбающегося Кродоса. – Врадес так рьяно настаивает на смерти мальчика… Почему? Он же отпустил его на берегу Ори.

– С удовольствием прикончил бы сразу, – вздохнул тот, махая Ломлесу, сурово буравящему их карими глазами, мол, чуть задержимся, – если бы тот хотя бы попытался причинить тебе вред.

А так не имеет права. Убийство мага – дело сложное. Нужно тщательно все спланировать, учесть даже самую малую возможность раскрытия. Локки сейчас не знают про нашу стаю, пусть все так и остается. Есть незыблемые правила, Кота. Пришла тебе пора о них узнать.

Кродос задумчиво посмотрел на Авеса, тихонько шуршащего тонким листом свитка. Тот быстро отложил чтиво и торопливо выскочил из своей землянки.

Кота удивленно смотрела вслед брату. И тут ощутила теплую ладонь на затылке. В следующее мгновение в голову точно впились тысячи крошечных осколков. Кота застонала и выгнулась дугой, чувствуя одновременно боль в груди и онемение в пальцах. Закричав от страха, замахала руками и попыталась вывернуться из цепких рук брата. Но тот все сильнее сжимал голову, другой рукой удерживая девушку за плечо.

Пытка закончилась так же резко, как началась.