Стая

Коснувшись кулона, ощутила, как железка нагрелась от человеческого тепла. Интересно, почему цепь такая короткая? Кота с трудом продела голову. А вот другой вряд ли смог повесить Сердце клана себе на шею. И Мотас не носил его на груди, она помнила его голый торс… Где же изгнанник прятал украшение?

Дорога домой отняла намного меньше времени, чем утренний поход в замок харца. Хотя, возможно, что Кота просто так задумалась, что не заметила, как они вернулись в селение. Уже совсем стемнело, звезды ярко подмигивали с мрачного небосвода.

На небольшой круглой площадке, окаймленной землянками общины, весело трещал танцующий огонек. Врадес, поджидая, лениво подбрасывал сухие ветки. Приметив братьев, он обрадовано вскочил. Наверное, скучно было целый день в обществе Чилвы. Но, завидев Коту, вздрогнул и в следующее мгновение уже бросился вперед, выхватывая острый меч. Девушка оторопело смотрела, как сверкнувшее в свете огня лезвие стремительно приближается… и улетает в кусты. Ломлес в последний момент выбил меч из рук взбешенного воина.

Убедившись, что противник не сопротивляется, Уварос, откинув с лица светлые волосы, чуть приподнялся и изумленно посмотрел в синие глаза.

– Ты чего, корни алги в костерок подбрасывал? Или к селяночкам давно не ходил, что на женщин уже бросаешься?..

– Кота? – хрипло переспросил Врадес, с трудом поднимаясь. – Чего ты так вырядилась?"

"– Так удобнее, – едва дыша от страха, прошептала девушка.

– А, – уже более спокойно ответил брат, – понятно. Так действительно удобнее… быстрее довести меня до бешенства. Что же, браво, сестричка, получилось. А вы тоже умно поступили – разрешить девчонке ходить в одеждах локки!

– Коте не нужно теперь разрешение, – кисло усмехнулся Ломлес, нашаривая в кустах улетевший меч, – шакти может позволить себе все, что угодно…

– У нее Сердце клана, – тихо добавил Авес.

– Сердце? – Врадес сильно побледнел и схватил съежившуюся от ужаса Коту.

Взгляд его, блеснувший красным волчьим отблеском, нашарил в складках жабо золотистый амулет. Заскрежетав зубами, Врадес сильнее сжал девушку. Уже казалось, что воин просто сломает ее, точно высохшее деревце. Но сама Кота не чувствовала боли. Расширившимися от ужаса глазами она, не отрываясь, смотрела на исказившееся лицо брата.