Стая

Светлые, некогда сияющие, будто солнце, волосы слиплись и свисали грязными сосульками. Открытый высокий лоб не пересекала ни одна морщинка. Он так смешно морщил его, когда злился… Слезинка рассекла щеку девушки, выбеляя дорожку на испачканном кровью лице. Прямой нос с небольшими ноздрями… те трепетали всякий раз, когда она дразнила локки-оступника, особенно, когда называла его малышом или щенком… По проторенной дорожке скользнула еще влага, она падала вниз, на неподвижную грудь юноши, оставляя маленькие розовые кляксы.

Тонкая кисть скользила по холодной коже, нежно касаясь тонких губ…

Тишина, они вдвоем… как тогда, в лесу. Прощаясь, Лай поцеловал ее. Рассмеявшись, Кота коснулась того места, куда торопливо «клюнул» юный маг. Всхлипнув, девушка припала к холодным губам горячими солеными устами. Закрыв глаза, пыталась ощутить вкус поцелуя. Всколыхнувшаяся нежность больно кольнула сердце. Кота вскрикнула от неожиданности и прижала руки к груди."

"– Что со мной? – рыдая, спросила она неизвестно у кого.

 – Почему мне так плохо?

Мертвые скалы остались глухи и даже старательно заглушали звуки. И тут рыдания подступали к горлу с новой силой, мешая дыханию, ощутимо давили на глаза так, что, казалось, они – лишь хрупкая плотина для потока слез. Кота зажмурилась и помотала головой.

– За что мне все это? – воскликнула она. – Я не хочу этого чувствовать!

И вдруг уткнулась носом в бок юноши, горько заревев от отчаяния. В голове роились видения: лучистые голубые глаза, смеющееся лицо, напыщенный вид на красном ковре харца, растерянный и восхищенный взгляд в бархатной комнате, доверчивый кивок в ущелье змей.

Невыносимо больно! Казалось, тысячи стрел хорко пронзают грудь. Все снова и снова. Когда же закончится эта пытка? Кота завыла раненой волчицей.

– Это ты во всем виноват! Лучше бы ты умер! – всхлипнув, она ударила кулачками по животу бесчувственного Лая. И тут же, отдернув руки, вцепилась в свои волосы. – Нет! – Замотав головой так, что тяжелые капли слез разлетались в стороны, Кота беспрерывно шептала: – Нет, нет, нет, нет… Тогда я сама умру! Я… не понимаю!

Кота ревела навзрыд, размазывая слезы по щекам.

Хотелось разорвать, расцарапать грудь, добраться до того органа, который приносит такие страдания… Она кусала пальцы до крови, рвала волосы. Никогда раньше Кота не испытывала ничего подобного. Неужели весь этот вихрь эмоций из-за юного невезучего локки?

– За что ты свалился на мою голову? – шептала она, глотая слезы.