Семья (не) на один год

За минуты.

Непосредственно сейчас прирастал к пассажирскому сиденью собственной машины.

Паша давно намекал, что мне нужно завести личного водителя. Чтобы тот вместо меня глушил черный кофе во время ночных поездок. Чтобы страховал, если деловой ужин превратится во что-то более неформальное. И чтобы присматривал. Не за мной. За тем, что творится вокруг, и теми, кто сует свой нос слишком глубоко.

Наверное, это была правильная идея. Но я отказывался. По наглухо вбитой в подкорку привычке доверял только себе. Сам присматривал.

Сейчас хотелось! Водителя! Личного! Леру!

Чтобы пялиться, как хмурится, когда нужно перестроиться в другой ряд. Чтобы взглядом есть ее длинные ноги, высокую грудь, руки на руле моей машины, пухлые губы и... отъезжать от удовольствия.

Пять лет назад мне легко было впустить в душу одну наивную влюбленную девчонку. Это произошло само собой, будто внутри для нее всегда было зарезервировано место.

Просто сдался, отпустил свое горе и полюбил. Как форточку открыл для свежего воздуха.

Сейчас же ни сдаваться, ни впускать не приходилось. У меня не осталось на Леру никаких прав. Сам ушел. Сам наглухо заколотил гвоздями крышку гроба с нашим браком. Но внутри, за ребрами, словно клеймом горело «Моя».

Из-за этого клейма я приехал на дурацкую презентацию.

Последним недоумком час простоял на улице. Словно собака хозяина, чувствовал Леру рядом, но не хотел окунаться в показушное шоу за дверями.

Просто проветривал голову.

Смотрел на огни Питера.

И ждал... как у моря погоды.

Из-за клейма согласился на больницу, хотя нормально добрался бы и до Москвы. За три года в колонии случались неприятности и похлеще!

А теперь ехал в загородный поселок. По дороге, где знал каждое дерево. К дому, с которым был уверен, что распрощался окончательно.

— Если ты голоден, можно заказать еду в службе доставки. — Лера выглядела спокойной. Лишь идеально прямая спина выдавала напряжение.

— Не нужно. Всё в порядке.

— Китайскую еду могут привезти в течение получаса.

Она даже не смотрела на меня. Словно справочная служба, буднично сообщала о целом ресторане в нашем поселке, хотя пять лет назад была счастлива и кафе.

— Я в состоянии дожить до утра. И заехать потом куда-нибудь на завтрак.

— Как скажешь.

Лера не стала предлагать приготовить что-то самой или заехать в тот самый ресторанчик. Ни слова она не сказала и о Галине, которая вечно готовила с запасом.

Чужая. Взрослая.