Принцесса, подонки и город тысячи ветров

Как будто между моей рукой и окном огромный воздушный шар. Я давлю на одну его стенку, а другая давит на створку, закрывая её… Почти получилось.

Коста рассказывал, что точно так же на каждого человека сверху давит воздушный столб: когда сильнее, когда слабее. Чуть поможешь этому столбу, и можно вызвать у человека головную боль.

Интересно, а летать я смогу? Ветра могли чуть приподнять над землёй, но только если очень быстро бежишь, статику они не любят. Что нужно сделать, какие свойства стихии задействовать для этого? Мама могла чуть-чуть левитировать, и это всегда так забавно смотрелось – как будто шагала с места на пару невидимых ступенек вверх, а дальше лестница обрывалась.

Я резко вскочила и с треском захлопнула окно. Нет. Их больше нет. И прошлого нет.

Зато будущее я теперь создаю сама. Да, восемь лет на Дне, в бегах, в лишениях, среди преступного сброда. И, да, всё, чем я занималась это время, стоило того, чтобы сейчас нюхать астры и слушать пичужек.

Это теперь моё, никто не отнимет.

Если надо быть Принцессой – нюхачкой и шпионкой, чтобы со временем дорасти до «акульки» и жить в уюте и комфорте, как я жила до Дна на Кирстегат, я буду.

Если надо стать Эстель Абрего, чтобы больше не скрываться от властей, я ею стану.

Если Ветерок хочет стать сильным магом, то Ветерок стиснет зубы, запрёт в клетку глупое неопытное сердце, но возьмёт своё от нежданных и очень непростых учителей.

И если Брис Оркан надеется…

Нет. Мёртвым уже надеяться не на что.

***– Ты должна мне завтрак, – попытался воззвать к совести Коста, когда я вернулась на аллею Пионов. – Ветерок, ну нельзя же так: убегать ни свет ни заря…

– Дела были. И для завтрака уже поздно, – беспечно улыбнулась я. – А на обед пригласишь? Кстати, Хвенсиг как, прилично себя вёл? Сам понимаешь, дитя улиц…"

"– А ты разве нет? – с хитрецой посмотрел он на меня. – Но твоему образованию и умению держать себя многим аристократам на том Арвенском приёме стоило бы поучиться.

– Когда нужно выжить – и не тому научишься, – резко ответила я.

Более резко, чем следовало. Зря я про Хвенсига начала.

– Не закрывайся, Ветерок, – тихо попросил Коста. – Помнишь, я обещал не спрашивать тебя о том, о чём ты сама не захочешь говорить. И сейчас не стану. Ты можешь мне доверять.