Принцесса для киллера

– Мэри, что с тобой? Тебе плохо?!

Взволнованный голос Авроры заставляет взглянуть в обеспокоенное лицо и так и тянет ответить: “Да! Мне плохо. Мне очень-очень фигово, потому что я изменяю своему парню. Я позволяю обращаться с собой, как с последней шлюхой, убийце и беспредельщику, и самое страшное, если он захочет повторить, я не уверена, смогу ли дать отпор похотливому животному”.

– Все хорошо… – отвечаю тихо и прячу взгляд.

Нужно позвонить Дане…

Глава 28

Дэниел Серебряков

Нажимаю на переключатель и заставляю шторы опускаться, погружая спальню во мрак.

Прохожусь по ворсу ковра легкими беззвучными шагами и наблюдаю за распятой на кровати нижней.

Получаю эстетическое удовольствие от вида связанного тела. Красивая, горячая, с капельками пота, стекающими по животу.

Останавливаюсь рядом. Втягиваю запах страсти и подчинения.

– Я не могу больше… – шепчет треснувшими губами и выкручивает руки, прикованные лентами.

Ухмыляюсь. Люблю контроль. Ловлю кайф от самого процесса подчинения. Не спешу наказывать сабу за то, что открыла рот без разрешения.

Сжимаю тонкий подбородок и поворачиваю красивое заплаканное личико, смотрю в глаза.

– Разрешаю кричать.

Отхожу к стеллажу с необходимым инвентарем и беру плетку. Без железных вставок. Мягкая кожа. Удары, нанесенные ею с определенной силой, не опасны.

Настоящий росчерк кнута – искусство.

Тугая кожа с металлическим наконечником способна вспороть плоть, заставить взвыть от боли сильнейшего и сломать сопротивление.

Ну и особо опасный, просчитанный удар перебивает хребет на раз.

Один замах может стоить жизни.

– Я нанесу семь ударов. Ты меня поняла?

Всхлип и судорожное дыхание.

– Да, господин.

Рассматриваю широко разведенные бедра своей игрушки. Течет. Елозит по влажным простыням.

– Считай.

Бью легонько по разгоряченной коже и слышу стон, вскрик, приятно отдающий в пах."

"– Один, – еле различимый шепот.

Плеть взмывает и с приятным свистом опускается на полную, естественную грудь со вздернутыми сосками.

– Аааа, – стон обрывается хриплым, – два.

– Тебе нравится? – спрашиваю, ударяя по соску.

– Дааа, – шипит сквозь губы и мотает головой с растрепавшимися по подушке блестящими волосами.

– Счет! – обрубаю и ударяю сильнее.

– Три, четыре!

Кричит почти, кусает губы, пытается сдвинуть ноги, безуспешно. Ленты крепки, и жертва зафиксирована.