Попаданка в семье драконов

Наверное, это какая-то естественная ментальная защита, ведь если бы денея с драконом были абсолютно едины сознанием, у них бы были проблемы с управлением собой отдельно от пары, да и обдумывать ситуацию с разных сторон тоже весьма неплохо. Я поспешно додумываю громко: – Платье выбрать не могу! Я же первый раз выхожу в свет в новом статусе»."

"«Поторопись, пожалуйста! Твоя помощь нужна очень срочно».

О да, представляю в каком бешенстве и нетерпении Элоранарр.

Подхватываю бархатное платье с прохладными выпуклостями жемчужной вышивки.

***

Перед выходом из спальни замираю в нерешительности. Роскошная гербовая бумага такая гладкая, что я непроизвольно поглаживаю сгиб листа. Затем оправляю расшитый жемчугом лиф.

Меня ждёт буря, и солгу, если скажу, что меня совсем не пугает реакция Элоранарра. Вряд ли он причинит мне вред, но моральное давление бывает не легче физического. Да и Арен может встать на его сторону, а спорить с Ареном совсем не хочется.

Вздохнув, Пушинка бодает меня в бедро головой и распахивает дверь, пропуская в спальню отголоски гневных реплик. В голове мягко журчит её вопрос: «Лера, подумай, за что ты сильнее будешь себя винить: за то, что отказываешь Элору, или за то, что предала надежды Риэль?»

«Ну, Элоранарру я не совсем отказываю», – постукиваю сложенным листом по ладони и наконец выхожу из безопасной спальни.

С каждой ступенью вниз становится всё очевиднее, что голоса принадлежат не только Арену и Элоранарру.

Подхватив широкий подол, сбегаю вниз.

Теневая пурпурная гостиная освещена магическими сферам. Растрёпанный, нервно разбрасывающий вокруг магию Элоранарр мечется между диванами, на одном из которых сидят Ланабет с Видаром, а на противоположном – его дедушка Ранжер. Недовольно сияющий император, сложив руки на груди, стоит возле столика с расписной поверхностью.

Поджидающий у двери Арен оборачивается и тянется ко мне обнять.

Увидев меня, Элоранарр оборачивается: глаза пылают золотым огнём, когти выпущены. Будь я его избранной, тоже испугалась бы и рванула куда подальше.

Но я, увильнув от объятий Арена, решительно приближаюсь к Элоранарру и протягиваю лист, разворачиваю.

Он выхватывает его.

– Уважение к женщинам, – читает недоверчиво. – Отсутствие уничижительных высказываний о женском уме и способностях.