Попаданка в семье драконов

Хлынувшая из-за стены морская вода растекается по образующимся для неё желобкам, тоже создавая собой магические знаки, наполняясь голубым светом.

Из-под земли возле наружной стены, на углах дворца, перед башнями, поднимаются оскалившиеся каменные драконы с шипами на хребтах.

Живые изгороди, наполнившись зелёным светом, изменяют форму, сами передвигаются по лужайкам, разделяя парк на отделённые друг от друга сектора с растительными арками переходов.

Беседки – ажурные шарики на ножках – будто сгорают в пламени золотой магии, поднимаются к куполу.

«Шарики» вытягиваются, точно бутоны, и проникают сквозь сеть из камней и металла, расцветают там, снаружи. Стебли, больше похожие на дула пушек, по-прежнему соединяют их с землёй, и к ним подкатывает, оплетает основания морская вода. Голубоватое сияние магических символов покрывает недавние беседки.

Вокруг чёрного телепортационного камня вырастает металлическая сетка, закрывает его в уменьшенный купол с направленными внутрь шипами.

Я растерянно хватаю ртом воздух.

Ника, Иссена, Вильгетта, Бальтар и Ингар тоже ошеломлённо смотрят по сторонам. Императорский дворец не узнать, всё такое… другое. Дарион направляется к отряду гвардейцев возле недавно выросшей живой изгороди.

Оглядев мигом превратившийся в фортификационное сооружение дворец, император отпускает руку Ланабет и объявляет:

– Теперь можно отправляться."

"Я ещё раз оглядываю дворец… нет, не дворец – цитадель Аранских. И невольно улыбаюсь: золотые драконы выпустили когти.

Линарэн возвращается весь обвешанный пауками и с прибором-рюкзаком из кристаллов, трубок с цветной жидкостью и шестерёнок.

– Я готов! – он поправляет гогглы.

– Карит, – строго произносит Ланабет. – При малейшей угрозе немедленно телепортируй сюда Валерию и Арена.

– Конечно, Лана. – Император быстро целует её в висок. – Могла не напоминать.

– Это я на случай, если в тебе взыграет драконий боевой дух.

Взгляд императора смягчается, но когда он подходит ко мне, на его лицо возвращается мрачная серьёзность.

– Удачи, Лера! – вскрикивает Ника, прижимает ладонь к груди.

Мои гвардейцы смотрят на меня так, словно провожают в последний путь. У Ингара глаза просто огромные от ужаса.

– Я скоро вернусь, – обещаю бодро, но голос подрагивает.

Золотое сияние окутывает меня и императора, запуская телепортацию. В вихре магии нас сминает, перетряхивает, тащит куда-то в сторону, рассыпая на мелкие частички. Под грохот и рёв мы сливаемся в одно целое, разъединяемся и вываливаемся на сухую землю.