Под прицелом моего сердца

Андрюха поставил передо мной початую бутылку и рюмку.

После пятой уже не помнил ни черта. Все какими-то картинками и кусками. Благо, автопилот не подвел. И квартиру свою я узнал. Вот только все никак не мог замок открыть. Дверь сама поддалась. На пороге рыжеволосая фурия.

— Дорогая, жрать очень хочется, — зачем-то заулыбался я. Дальше вновь отключился. Когда очнулся уже сидел за столом, и ел, кажется. А еще трындел без остановки. Капец, все тайны выдал, или еще парочка осталась?

Злата сидела напротив, и улыбалась, подперев ладонями подбородок.

Красивая она все-таки.

Дальше опять провал. Очнулся, когда ощутимо приложился спиной о дверь. Понял, что раздеваю девочку. Руки живут своей собственной жизнью, не контролируются мозгом. Да и пофиг! А Злата так целует меня в ответ, что сейчас мне было положить на все, в том числе на то, кто она такая.

И вдруг она замерла. Обхватила мое лицо руками. Прищурившись, постарался сфокусировать взгляд, начал вглядываться в ее глаза.

— Ты мог бы целовать меня также в трезвом состоянии? — улыбнулась Злата, — Или я тебя только пьяного возбуждаю?

— А меня все возбуждают, когда я пьян, — пробормотал я, вновь начиная целовать рыжеволосую фурию, — Не принимай на свой счет.

Ощутимый удар в челюсть меня практически отрезвил. По крайней мере, в голове многое прояснилось.

— Только прикоснись ко мне пьяным! — зло выплюнула золотце, и двинула мне с другой руки. Для симметрии.

Потер ушибленную челюсть. А я, однако, идиот!

Наше существование на одной территории было спокойным.

Наутро после происшествия всем видом старался показать, что мне глубоко плевать на девушку, ее присутствие в моей квартире, и вообще, на всех кругом. И пока у меня все получалось. Приходил я поздно, уходил рано. Вот только как бы поздно я не возвращался, на столе всегда был приготовлен ужин, а мои рубашки и футболки ровненько и стройненько висели в шкафу на вешалках. Еще и чистота была кругом идеальная.

Тетя Маша перестала выглядывать из квартиры, увидев мою машину на парковке у дома.

Егор Семенович многозначительно подмигивал, встречая меня у гаражей. Короче, странности кругом творились необъяснимые, но я к ним привык. Основательно так. И не пил больше. В общем, за неделю я свыкся с мыслью, что кто-то живет в моей квартире. Вот только саму девушку я видел редко. Она либо уже спала, либо еще спала. Правда, уходя на работу рано утром, заглядывал к ней в спальню, проверить, все ли в порядке.