Под прицелом моего сердца

— Угу, — голос Сургута раздался совсем рядом, — Не порядок, — повторил он, — Егор Семенович, глянь под одеждой. Думаю, у нее не только на лице следы остались.

Сосед велел оголяться. Я смущенно глянула в сторону Емельяна. Тот стоял, облокотившись о дверной косяк, скрестив руки на груди. И смотрел на меня. Спокойно, и без особого интереса. Так обычно смотрят на случайных знакомых, не вызвавших особого интереса.

— Не смущал бы ты девочку, — пробормотал Егор Семенович, — Чайку бы заварил, обед приготовил.

— Хочешь, чтобы я ее и траванул сегодня для общей картины? — насмешливо поинтересовался Сургут, и, оттолкнувшись от двери, вышел из комнаты.

Егор Семенович осмотрев все мои ссадины, синяки, обработал раны, и, спустя полчаса, мы уже входили на кухню, где обосновался Сургут.

Увидела, как он что-то помешивает в сковороде, нечто шипящее, шкварчащее и имевшее крайне не аппетитный вид.

— Женился бы ты, — вздохнул Егор Семенович, — А то загнешься от язвы желудка через год другой.

— А так загнусь от рака мозга, — пробормотал Емельян, подхватывая сковородку и отправляя ее в раковину.

Подошла к раковине. И решив не скромничать, потому, как есть уже хотелось и мне, отодвинула Сургута от раковины.

— Давай я, — улыбнулась, глядя в удивленное лицо парня.

— Ну, давай, — пожал он плечами, и сел на стул около окна, — Егор Семенович, чаю будешь?

— Наливай, — согласился сосед.

Пока мужчины пили чай, я проинспектировала холодильник, пакеты, принесенные из магазина, и почти все кухонные шкафчики.

После обеда старичок откланялся. И я поняла, что и мне бы пора и честь знать.

— Емельян, — проговорила я, вставая из-за стола, и собираясь вымыть посуду, оставшуюся после обеда, — Спасибо тебе за все.

— Куда? — спокойно поинтересовался Сургут, наблюдая за моими действиями. Потом встал. Отодвинул меня от раковины, — Я сам вымою. Уж с этим я точно справлюсь.

— Как хочешь, — пожала плечами, — А можно мне такси вызвать?

— Нет, — возразил Сургут, — Тут побудешь пока.

— В смысле? — удивилась я.

— В прямом, — спокойно проговорил Сургутов, — Ты себя в зеркале видела? А сестра твоя, между прочим, беременна.