Остановите музыку

Нина посмотрела на стриженный затылок впереди, осторожно выдохнула, про себя отсчитывая секунды; выглянула в окно, прикидывая, далеко ли еще до центра.

— Может, всё-таки до дома довезти? — спросили её, когда автомобиль остановился у главной городской клумбы.

Нина отрицательно покачала головой и потянула на себя ручку.

— Не нужно. Большое спасибо.

Костя развернулся на сидении, посмотрел на неё.

— За что? — поинтересовался он, усмехаясь.

— За всё, — весомо ответила она и поспешила из машины выйти. Окно впереди открылось, и она посмотрела в лицо Константину.

Сложила руки на груди, прикрывая грудь, стерпела изучающий мужской взгляд, понимая, что его заинтересовало. Вне «Тюльпана» она выглядела по-другому, без макияжа, провокационных нарядов и вызывающего взгляда. Константин, наверняка, сейчас вспоминает её сегодняшний выход, и пытается сопоставить танец с тем, как она сейчас выглядит, в затёртых джинсах, не накрашенная и со спортивной сумкой на плече. Чтобы скрыться от его взгляда, обернулась, посмотрела на вереницу такси на обочине.  — Я пойду.

— Приятное было знакомство.

Она уже сделала шаг в сторону, оглянулась на него.

— Рада. За себя скажу, что вечер был не слишком удачным.

— Из-за Вадьки? Брось.

— Я сама решу, ладно? До свидания.

Он хмыкнул, разглядывая её на ночной улице."

"— Пока. Иди, мы подождём, пока уедешь.

— Зачем?

— Так спокойнее.

Нина пренебрежительно фыркнула, когда до неё дошло, что он так проявляет заботу. Спорить не стала, направилась к такси, приказав себе не оборачиваться.

А когда такси разворачивалось, чтобы выехать на дорогу, украдкой глянула в заднее стекло, но увидела лишь габаритные огни джипа на повороте.

В «Тюльпане» Нина появилась только через два дня, после заслуженных выходных. Если можно так считать. Хотя, если бы её кто-нибудь спросил, она бы ответила, что работая стриптизёршей, морально устаёт так, как никогда раньше. Каждый вечер просто выматывает. Домой приходишь и единственное, чего хочется, это забраться с головой под одеяло и ни о чём не думать, а уж тем более не вспоминать и не принимать близко к сердцу.

Пределом стал мальчишник Вадика, который её практически наизнанку вывернул, причём в буквальном смысле. До сих пор тошнило при воспоминании о его руках и губах. Вроде бы и не воспринимала Вадика всерьёз, но его приставаний это не отменяло. Одна надежда, что после свадьбы он угомонится, по крайней мере, по отношению к ней, найдёт новый объект страсти. Жену, например. Хотя, надеяться на это вряд ли стоит.