Остановите музыку

Нина отвернулась, собираясь выйти, и тут наткнулась взглядом на зеркало, через него отлично просматривалась вся комната.

И помнится, именно в эту сторону отвернулся Костя, когда она попросила его не смотреть и дать ей переодеться. Возмущённо глянула на этого притвору, а тот лишь плечами пожал.

— Ты не просила меня закрывать глаза.

— Как вы все мне надоели, — выдохнула она, не зная, что ещё сказать.

Вадик спал на старом диванчике в коридоре. Подложил под щёку ладонь и похрапывал. Нина отвернулась, не желая смотреть на него, а Константин, кажется, и вовсе его не заметил, прошёл мимо, опередив Нину в дверях.

У входа в «Тюльпан» ожидала машина, массивный чёрный джип, с работающим двигателем.

Нина на всякий случай заглянула в кабину, посмотрела, кто за рулём.

— С водителем? — чуть насмешливо, пряча смятение, спросила она. Константин безразлично пожал плечами, открыл ей заднюю дверь.

— Я не сажусь за руль, когда знаю, что буду пить.

— С ума сойти, — пробормотала она, садясь в машину. Костя поддержал её под локоть, когда она поднималась на ступеньку, но прежде чем Нина успела как-то отреагировать, закрыл дверь. А Нина посмотрела на молодого человека на месте водителя, зачем-то поздоровалась с ним.

— Кто-нибудь звонил?

— Конечно, Константин Михайлович. Баркович и три раза Лена.

— Три раза? Мы расстались три часа назад.

— Привезли договор по «Строй Альянсу», вы просили сразу сообщить.

— Да, помню. Тогда давай в центр, а потом в офис.

— Константин Михайлович, — вроде бы укоризненно проговорил водитель.

— Я сказал, в офис, Ваня.

Нина, как мышка, сидела на заднем сидении, делала вид, что внимательно смотрит в тонированное окно, чувствуя себя неловко из-за этого разговора. Казалась себе незначительной и практически незаметной, не понимая, как её угораздило оказаться в этом автомобиле.

Шикарная машина; салон, отделанный натуральной кожей; мягкие, явно ортопедические сидения, и пахнет в салоне не бензином и не дешёвым ароматизатором, а дорогим одеколоном хозяина.