Ничего, кроме обольщения

Он не должен был говорить об этом как о простой возможности выбора. Он должен был заявить, что это была единственная возможность.

Вздохнув, Грейс откинулась на спинку сиденья.

— Итак, мы снова едем к билетной кассе?

— И очередная длительная задержка? Нет. Вместо этого я собираюсь разыскать Бойда Андерсона.

— Зачем?

— Чтобы арендовать его корабль.

Грейс засмеялась. Кэти — нет.

Заметив это, служанка спросила:

— Неужели ты не пошутила?

— Нет. В Хаверстоне он буквально умолял меня дать ему шанс загладить вину.

— Да, но ты не можешь просто арендовать судно и всю его команду по первому требованию.

— Могу, если оно принадлежит ему.

— Держу пари, что он ни на что подобное не согласится, — предсказала Грейс.

Кэти вспомнила выражение лица Бойда, когда он умолял ее позволить ему сделать что-нибудь, что угодно, лишь бы исправить содеянное с ней.

— Я принимаю пари.

Они довольно рано вернулись в Лондон вчера, чтобы забрать одежду, которая была готова и доставлена в ее отель — и чтобы найти новый отель. В прежнем не было ни одной свободной комнаты. Она отправилась в Глостершир так рано утром, что даже не подумала зарезервировать комнату еще на ночь к своему возвращению. Но портье хотя бы сохранил ее багаж и направил ее в другой отель.

Кэти понимала, что ей следовало уделять большее внимание такого рода деталям, если она планировала продолжить свое кругосветное путешествие.

Кэти вздохнула. Она понимала, что позволяла случившемуся в Глостершире повлиять на ее мнение обо всем остальном. Она была расстроена — ну, больше, чем расстроена — но должна была забыть обо всем этом. Эта ужасная раздражительность, сопутствующий ей гнев, обида, — все это было настолько чуждо Кэти. И ей совсем не нравилось, как эти эмоции влияли на нее.

Она не рассказала Грейс ни слова из того краткого разговора, что у нее состоялся с тетей.