Ничего, кроме обольщения

Или, скорее всего, фамилию «Тайлер» просто не помнили двадцать три года спустя.

— Я бы хотела поговорить с хозяйкой дома, если она принимает.

— Входите в дом, мисс, — он указал рукой внутрь. — Сегодня дует холодный ветер.

Она не обращала внимания на ветер, пока он не упомянул о нем. Дождь прекратился где-то посреди ночи, но из-за плотной облачной завесы, застилавшей небо, солнце не светило этим утром.

Дворецкий проводил ее в просторную комнату, обставленную как гостиная. Тот факт, что ей даже позволили войти внутрь, означал, что ее бабушка должно быть дома.

Боже, сколько же семейной истории хранится в этом доме! И секретов.

— Моя мать отдыхает. Она не очень хорошо себя чувствует. Может, я смогу вам помочь?

Кэти развернулась. Позади нее стояла женщина средних лет с тусклыми каштановыми волосами и изумрудными глазами. Глазами Кэти. Глазами ее матери. Она почувствовала, как внутри у нее все похолодело. Должно быть, это ее тетя. Ее лицо лишь смутно напоминало лицо Аделины, но эти глаза…

— Летиция?

Женщина нахмурилась.

— Я — леди Летиция, — произнесла женщина таким покровительственным тоном, словно говорила с кем-то, кто, по ее мнению, относился к гораздо более низшему сословию, чем она сама.

— Пока еще нет, но… я — Кэти Тайлер.

— И?

Никаких распростертых объятий. Никаких восторженных криков. Никаких радостных слез приветствия. Как и дворецкий, ее тетя не узнала фамилию «Тайлер».

Кэти была уверена, что Миллардсы хотя бы вспомнят фамилию человека, которого они отказались принять в семью. Сестры, безусловно, должны были хоть каким-то образом обсуждать ее отца.