(Не) люби меня

А ты придумала невесть что и оскорбила его величество, поэтому он и уехал, — муж озабоченно потер лоб. — Надо догнать его и извиниться, — он пошел к выходу, но я встала у него на пути.

— Ты глупец, если не видишь очевидного! — крикнула я.

— Ди, успокойся, — примирительно сказал он. — Ложись спать, я догоню его величество и извинюсь за тебя, — он вспомнил про бутылку, вернулся и забрал ее, ласково кивнув мне на прощание.

Онемев, я смотрела, как он уходит. а потом бессильно опустилась прямо на ковер, обхватив руками голову.

Было бы это возможно, я совсем оторвала бы ее. потому что в моей голове колокольным звоном все звучали и звучали слова короля: «Ты сама придешь ко мне…».

Глава 16. Плоды страсти и ревности

Дидье вернулся в замок лишь под утро, в дурном расположении духа.

Опять отказала!

И если после первого отказа еще оставалась надежда, то теперь король понял, что предстоит настоящая война. Женщина, которую он захотел, которую уже в мыслях считал своей, не желала его.

Он снова и снова видел отчаянно блестящие глаза, дрожащие губы, чувствовал тепло и упоительный запах ее тела.

Эта женщина должна принадлежать ему.

Только он достоин владеть таким сокровищем. Она досталась Верею по недоразумению, и эту ошибку надо исправить.

И город, и замок уже спали, но это было только на руку — Дидье хотел сразу скрыться в своей комнате, чтобы никого не видеть и ни с кем не говорить. Но стоило ему оказаться в коридоре, где располагались спальни, как открылась дверь и на пороге появилась Тегвин.

Она не ложилась, потому что даже не переоделась ко сну. Лицо ее выражало крайнее беспокойство, и это взбесило короля. Тегвин впервые разозлила его, хотя ничего не сказала и не сделала.

— Где вы были? — спросила она сострадательно. — Лорды потеряли вас, и я…

— Меня не было часов двенадцать, — ответил он резко. — За это время небеса рухнули на землю?

— Но вы могли хотя бы сказать…

— Я король или нет? — он даже не остановился перед женой, сразу пошел дальше. — Могу я уехать, не оповещая об этом двор?

— Конечно, можете, сир, — раздался позади голос лорда Кадарна.

Тут пришлось остановиться и оглянуться. Дидье скрестил руки на груди, наблюдая, как из-за плеча королевы выглядывает мясистое лицо ее родственника — красное и важное. А чуть дальше притаился сынок, не рискуя показаться из-за дверного косяка.

— Ее величество волновалась, — произнес лорд Кадарн грозно, но это больше походило на потрясание огородным пугалом.