(Не) люби меня

— Можно подумать, ты знала многих королей, — произнес он и вдруг схватил меня в охапку, прижимая в себе. — Хватит с тебя и одного, Диана. Меня.

— Положа руку на сердце, я бы прекрасно обошлась и без вас. — сказала я, даже не пытаясь освободиться, потому что по собственному опыту знала, что это бесполезно. Я получу свободу, только когда король захочет меня отпустить.

— Ты уверена, что твое сердце говорит именно это? — спросил он и положил ладонь мне на грудь — чуть повыше корсажа.

— Не трогайте меня! Сегодня я не обязана отвечать на вашу страсть, — воспротивилась я.

— Так не отвечай, — сказал он и улыбнулся углом рта.

— Наш договор…

— Наш договор не запрещает, чтобы я прикасался к тебе.

Я не успела опомниться, как он высвободил из корсажа мои груди и принялся ласкать их, уже прерывисто дыша и потираясь о меня отвердевшим членом. Я оказалась притиснутой спиной к стене, а король покрывал поцелуями мои шею и плечи.

Его страсть захлестнула и меня, но я старалась удержаться на грани человеческого разума, не превращаясь в животное.

— Помнишь, когда я увидел тебя с мужем во время маскарада? — горячо зашептал король мне на ухо. — Вы прятались в темноте, и он ласкал тебя. Тогда ты не противилась. Диана…

— Я и теперь не сопротивляюсь, — ответила я холодно, хотя мне стоило огромных трудов, чтобы голос не дрогнул.

— Неужели, я для тебя хуже, чем он? — последовал новый вопрос. — Это ведь не так, ответь.

— Зачем вы спрашиваете? — я открыла глаза.

— Хочу знать.

Взгляд его был безумным, и я подумала, что для него и в самом деле страсть ко мне — настоящее проклятье. Гибельная сила, от которой не следует ждать ничего хорошего.

— Нет, он не лучше вас, — сказала я.

— Второе — неважно, — сказал он и припал к моим губам в бешеном поцелуе.

Я не стала сопротивляться, и не только потому, что не справилась бы с ним, даже если бы сражалась насмерть. Он знал, как распалить женщину. И я в который раз удивилась, как могли быть нежны его руки. Эти руки умели играть на лютне и умели ласкать женщину так, что это было слаще, чем музыка.