(Не) люби меня

Не надо было знать, насколько мне было хорошо.

— Я прикажу ювелирам, чтобы сделали для тебя ожерелье из рубинов, оправленных в темное серебро, — сказал он. — Потому что ты воспламенила меня и обратила в пепел.

Он подождал ответа, но я молчала, и он заговорил снова:

— Или хочешь ожерелье из янтаря? Потому что с тобой было — как целовать солнце.

Хочешь янтарь? Диана? — он приподнялся, заглядывая мне в глаза.

— Хочу, чтобы вы оставили меня, — я двинула бедрами, и король тут же перекатился на бок. — И хочу уйти в свою комнату.

— Прикажу завтра. Я сам уйду, а ты спи здесь.

Он поднялся, начал одеваться, а я перевернулась на живот. На меня навалилась благодатная телесная усталость, от которой притупились душевные страдания.

— Тебе не интересно, куда я ухожу? — король вдруг склонился надо мной, и я, успев задремать, вздрогнула.

— Можете идти, куда вам вздумается, — ответила я, переворачиваясь от него на бок. — Хоть к королеве, хоть к леди Сибилле, хоть к другой женщине.

— Теперь есть только ты, — сказал он. — И нет других женщин.

— Очень проникновенно, — похвалила я. — Считайте, что глупая Диана верит.

— Спокойной ночи, глупая Диана, — он попытался поцеловать меня в губы, но я отвернулась, закрыв рот рукой. Тогда он поцеловал меня в плечо: — Теперь можешь поплакать от обиды… Или от счастья. Мне будет приятно думать о втором.

Он вышел, загасив свечу и тихо прикрыв двери, а я не стала плакать и немедленно провалилась в сон.

Глава 23. Хозяйка короля

Проснувшись, я посмотрела в потолок и сладко потянулась. Тело приятно ныло каждой мышцей, как после ночи танцев. Полог над кроватью был полупрозрачным и светлым, а не бархатным, как в моей комнате. Послышался шорох, и я села в постели рывком.

Конечно же, я совсем забыла, что нахожусь в спальне короля. Королевская шлюха в спальне своего господина. Меня обдало горячей волной стыда, но раскаяния я не почувствовала. Что-то мешало залиться покаянными слезами, и даже в глубине души не было сожаления о случившемся.

Короля в комнате не оказалось, а у окна сидела девица Ланвен и шила. Она как раз разыскивала в рукодельной корзине нужные нитки, шурша шелком. Заметив, что я проснулась, Ланвен тут же отложила шитье и пожелала мне доброго утра.

Я натянула на себя покрывало, потому что спала совершенно голая, и даже не укрывшись.

— Вы давно здесь? — спросила я, не зная, о чем заговорить.