Моя. Под запретом

Обволакивал ее своим ароматом, обнимал руками, не давал и шанса отстраниться.

– Чувств? – эхом повторила Света.

– А как иначе? Стал бы я набрасываться на тебя тогда, в машине, если бы ничего не чувствовал к тебе? – хмыкнул Демид, но по голосу Света поняла, что Ирбис совсем не смеется.

– Это я на тебя набросилась, – возразила Тахирова и… позволила себе дикую, непростительную (по ее мнению) вольность.

Девушка откинулась на грудь парня так, что теперь затылком упиралась в его плечо. И ладонью накрыла смуглое запястье.

– Свет мой, – еще тише заговорил Демид, – здесь усиленная охрана, полно спецов, электронных примочек, дронов, датчиков, забор такой, что танком хрен протаранишь.

– Зачем мне эти сведения? – усмехнулась Света.

– Это я к тому, что никуда тебя не отпущу, даже если твой батя организует осаду, – продолжил шептать Демид.

– Он может, да, – негромко рассмеялась Света и случайно сдвинулась, чтобы было удобнее стоять перед Демидом.

– Свет, у меня и без того крыша протекает, не усугубляй, – на выдохе зашептал Ирбис, а Света ощутила, как в спину упирается что-то твердое.

– Ты ведь сказал, что дом новый, – подметила девушка.

– Дом, да, а у меня в мозгах каша, когда ты рядом, – говорил Демид, а Света поняла, что улыбается.

* * *Глава 8"

"– Алек, я ж как лучше хотел с девкой! – невнятно мямлил Виталий, но его никто не услышал.

Вот и сейчас, кадр за кадром, транслировалось видео, а звук был отключен. Получатель не имел ни желания, ни терпения слушать все, что лилось изо рта Виталика. Алеку хотелось одного: добраться до придурка и придушить его.

Однако остатки родственных чувств не позволяли.

Александр Фальковский был на десять лет старше родного брата. И какими бы сложными ни были отношения между братьями, Алек все равно пристроил родственничка под своим крылом. Разумеется, не по собственной инициативе. Матушка слезно умоляла. Александр Олегович не смог отказать.

Вот и свалился на его голову вагон проблем в лице Виталика.