Лютая охота

Взглянув на Рафаэля, он ощутил, как гнев снова захлестывает его. Не сдержавшись, он уже сделал шаг, чтобы ринуться на лейтенанта, но Самира удержала его за руку.

– Это благодаря ему мы сюда вошли, – сказала она. – Кац нас предупредил…

– Похоже, в последний момент в нем проснулась совесть, – сказал Венсан. – А может, вдруг испугался последствий…

Самира бросила на него осуждающий взгляд.

– Он не внедрялся в группу, – сказала она. – Он принимал в ней участие. Это к нам его внедрили…

Сервас буквально буравил жестким взглядом глаза белокурого лейтенанта.

"– Нет, – сказал Рафаэль, – это было простое везение. Генерал – мой крестный отец. Это он настоял, чтобы я внедрился в ряды полиции Тулузы, как когда-то, задолго до меня, поступил мой отец. И, как я уже говорил, в школе полиции я услышал разговоры о вас, майор. А потом, по чистой случайности, нам поручили это расследование, и я понял, кто за всем этим стоит, когда генерал со мной связался.

Голос его затих. А Сервас вглядывался в лицо своего следователя и не был уверен, что он действительно говорит с Рафаэлем Кацем.

– Судья наверняка учтет, что под конец он пошел на попятный, – заметил Венсан, пожав плечами. – Но это не отменяет всего, что тому предшествовало…

– Ладно, пора заканчивать с этим безобразием! – резко сказала Самира гротескному хороводу. Снимайте маски! Все! Дайте полюбоваться на ощипанный задний двор!

Одно за другим из-под масок показались растерянные, взволнованные, искаженные бледные лица. Лица побежденных. Сервас вспомнил маленькую лекцию об омарах, которую Рафаэль прочел им в первый день своего появления в кабинете: «Что же до омаров, то химические процессы в мозгу омара-победителя существенно отличаются от тех, что происходят в мозгу омара побежденного.

Похоже, что Рафаэль Кац на этот раз оказался прав…

Один из членов RAID сдернул последнюю маску. Вот тогда-то и Эсперандье, и Самира, и Мартен застыли на месте.

62

Генерал замер и прислушался. Взрыв. Похоже на грохот петарды на празднике 14 июля.