Плохие намерения

— Жди здесь или иди в класс, — посоветовала я Еве.

— Нет, я должна пойти с тобой, — начала она, пока брат не схватил ее.

— Ева, им нужно поговорить наедине, это очевидно, — тихо сказал он.

Больше я ничего не слышала, рев в моих ушах был слишком громким. Я ворвалась в двери ледового катка, мой взгляд скользнул по выставленному у входа спортивному снаряжению, прославляющему все виды спорта, в которых преуспел Хэйд-Харбор. Пустая хоккейная маска висела поверх бейсбольной биты, насмехаясь надо мной."

"Я развернулась на пятках и направилась в раздевалку.

Я помедлила, прежде чем войти.

— Он один, если тебе интересно, — произнес Бекетт.

Я кивнула. Если даже холодный как лед Беккет жалел меня, значит, я была действительно жалкой.

Кейден сидел на скамейке, не снимая защиту. Он уставился в пол, погруженный в свои мысли. Для парня, который только что взорвал мою жизнь, он выглядел не слишком довольным.

Я стояла и долго смотрела на него, вглядываясь в поникший склон его сильных плечей и исчезающие синяки. Мое сердце сжалось. Это было больно. Его предательство действительно причинило физическую боль.

— Почему? — спросила я срывающимся голосом.

Он вздрогнул, его глаза метнулись к моим. На секунду я увидела его боль, совпадающую с моей. Затем на его лице появилось холодное безразличие. Он пожал плечами, прислонившись спиной к шкафчикам позади себя, его красивое тело являло собой образец непринужденной силы.

— Я мог бы спросить тебя о том же.

— Да, вот только я никому не говорила…

Он указал на меня пальцем.

— Не надо. Не лги мне. Мне хватило твоей ядовитой лжи прошлой ночью.

— Я не лгу. Я бы никогда так с тобой не поступила.

Он резко фыркнул и встал.

— Время для разговоров об этом и шансов на то, что тебе поверят, прошло. Убирайся отсюда и оставь меня в покое, если не хочешь, чтобы я снова трахнул тебя в душе. Хотя на этот раз я, возможно, не позволю тебе глотнуть воздух.

Он снял щитки и бросил их на скамейку.

Разочарование пронеслось сквозь меня.

— Значит, ты не хочешь слушать правду?

— Я не буду слушать ничего из того, что ты скажешь, потому что ты достаточно заморочила мне голову.