Плохие намерения

Беккет, хозяин вечеринки, развалился в углу, закинув ноги на столик, с телефоном в руке. Он был самым крупным из Ледяных Богов, его мощное тело занимало все кресло. У него были темные волосы и серые глаза, в которых обычно плескалось надменное презрение. Он обладал тем типом красоты, на которую трудно было смотреть прямо. Парень казался ненастоящим. Беккет не смотрел в нашу сторону, но у меня было ощущение, что он наблюдал за нами. Это было странно. Так или иначе, несмотря на безобидные шутки, которые последовали с тех пор, как мы ввалились прямо на маленькую тусовку Ледяных Богов, новый парень полностью завладел моим вниманием.

— Я… я забыла кое-что на кухне, — пробормотала я Еве и повернулась.

Позади нас раздался низкий смех. Маркус.

— О, смотрите, мы спугнули Жучка."

"Я вышла из гостевого дома и обогнула бассейн. Мое лицо пылало; я хотела снять куртку, но стеснялась своего короткого платья. Я вошла в дом и направилась прямиком на кухню, проталкиваясь сквозь толпу. Оживленное место служило идеальным укрытием.

Я юркнула в громкую компанию людей у холодильника и огляделась. Пока его не было видно.

— Вау, Лиллиан, я никогда раньше не видел тебя на вечеринках Бека, — раздался голос рядом со мной.

Я посмотрела на очередного игрока, вспоминая его имя.

— Привет, Джош, да, это мой первый раз. Не говори тренеру, ладно?

Джош Сэмюэлс был нормальным.

— Не скажу, не волнуйся. У него же день рождения через пару недель, верно? Команда готовит ему сюрприз. Я занимаюсь организацией. — Джош одарил меня своей улыбкой золотистого ретривера. Папин день рождения, точно. Он был почти сразу после моего, и я уже выбрала ему подарок.

— Мило. Ему понравится.

— Кому что понравится?

Глубокий голос позади меня раздался одновременно с тем, как твердая грудь прижалась к моей спине.

Джош повернулся и поднял голову вверх, потом еще выше.

— Кейден, чувак. Как тебе первая вечеринка в Хэйд-Харборе?

Я застыла, вжавшись в стойку. Кейден. Так его звали? Он стоял так близко, что я не могла повернуться, не потеревшись о него всем телом. На кухне было оживленно, и Джош, казалось, не замечал, что новенький прижал меня к стойке своими бедрами.