Любимый с твоими глазами (СИ)

И она шепчет другой приговор…

- Алис, я не дозвонилась до Леши, а твоего номера не знаю…У нас возникла кое- какая проблема.

- Проблема?

- Да…мы пригласили на ужин друзей, ты их знаешь — это Андрей и Кристина.

О нет.

- …Крис как о тебе услышала, ее уже не остановить было, но они…в общем, они привели с собой…

- Олег, значит?! - слышу голос сына, а вокруг все как будто меркнет.

Я застываю в дверях, чуть ли не хватаюсь за деревянный наличник — очень хочется лишиться чувств, как в добротных мелодрамах, а не получается.

- А ты Давид? Приятно познакомиться.

Думал, что загнал меня в ловушку, да?! А вот хрен тебе! Сейчас самое время врать, как ты мне врал — то есть много и беспощадно. Единственное…

- Леша рассказал тебе все, что было, да? - шепотом тараторю, Соня слегка кивает — я краснею, но отступать не думаю, - Мне очень стыдно, правда, и если бы я знала о тебе, никогда бы себе ничего такого не позволила, клянусь, но сейчас…Сонь, прости, но я буду врать.

Она недолго медлит, но потом я, кажется, замечаю в глазах…понимание и поддержку? Наверно да, ведь получаю ее короткий кивок, который мне придает сил и уверенности зайти в гостиную, где мой сын и его отец жмут друг другу руки.

Ненавижу!

Взглядом я транслирую такую жгучую ненависть, изо всех сил стараюсь убить этого козла ментально, когда мы сталкиваемся — но что там? Ему мои взгляды, как мертвому припарка, Олег только ухмыляется. Злится тоже, читаю, как отличник азбуку, но ухмыляется. Мол, да, детка, я тебя переиграл.

Наши «гляделки» отличаются от детских кардинально, но не только посылом, еще и временем. Оно тянется слишком долго, чтобы стало неловко, поэтому вмешивается Соня. Спасает, я бы даже сказала.

- Мальчики, может быть покажете Давиду вашу комнату? И познакомите с Лимонадом?

- Что за Лимонад? - сразу оживает Давид, а Костя (или Коля, я-то их пока вообще не различаю), тянет его за руку.

- Пойдем! Это наш пес!

- Ну как пес? - подхватывает второй, - Собачка. Для «пса» он мелковат.

- Собака?!

Восторгу нет предела. Давид забывает обо всем и идет следом. Так мы остаемся одни. Условно, конечно, но по факту да — я не вижу никого. Ни Соню, ни Кристину, ни этого дебильного Андрея — только его.

- Как ты посмел? - тихо шепчу, Олег щурится и присаживается в кресло.

- Мне надоели эти догонялки.

Присаживаюсь невольно напротив. Он с меня по-прежнему взгляда не сводит, но если раньше я от этого млела и терялись, сейчас ненавижу только больше.