Корсар

У гренадеров шапки островерхие, как и у драгунов, только без шлыка, потому что им тоже надо перебрасывать ремень фузеи через голову, чтобы нести ее за спиной, а руки были свободны, чтобы держать поводья и палаш (драгуны) или гранату и горящий фитиль (гренадеры). В треуголке такой маневр делать труднее, за углы цепляешься. Гранаты лежат в сумках, которые сейчас стоят справа от владельцев. В каждой сумке, в зависимости от диаметра гранаты (от семи до пятнадцати сантиметров), их от трех до пяти. Это пустотелые рубчатые ядра, начиненные порохом, к которому идет фитиль через деревянную пробку, воткнутую в затравочное отверстие.

Еще в пробку начали вставлять снаружи веточки-стабилизаторы, чтобы граната летела все время пробкой назад, а изнутри — свинцовую пулю, которая при ударе о твердую поверхность выпадает и утягивает за собой к пороху горящий фитиль. То есть, если первые гранаты срабатывали при догорании фитиля до пороха и частенько их успевали вернуть назад и даже получить во второй раз, то теперь взрыв происходил и от удара, хотя бывали разные варианты. Нынешние гранаты имеют свойство взрываться, когда им вздумается, или не взрываться вообще. Так что гренадер — это жизнь короткая, но не скучная, за что им платят на треть больше, чем остальным пехотинцам. Возле ближнего гренадера чадит костерок, от огня которого по команде атаковать подожгут длинные фитили, чтобы нести их в левой руке и поджигать фитили гранат в правой. Я вчера проинструктировал гренадеров, объяснил, что в первую очередь должны швырять гранаты внутрь бастиона через бойницы. Каменный двухуровневый бастион, хорошо держит удары извне, а вот взрыв одной гранаты внутри способен вывести из строя весь личный состав данного уровня. Драгуны пойдут второй волной, поэтому ждут во второй и третьей линиях апрошей. Кроме фузеи с примкнутым штыком и палаша, у каждого за пояс заткнуты по два заряженных пистолета, закупленных мною в Англии для нужд российской армии. У меня тоже два пистолета в кобурах и сабля в ножнах. Винтовку брать не стал. Снайперская стрельба во время штурма вряд ли потребуется, и саблей я работаю лучше, чем штыком, тем более, что в помещении она удобнее.

Сильно хочется спать. Привык к российской сиесте. Я зеваю так широко, что начинают болеть скулы. Вслед за мной зевает адъютант Поленов. Полковник Магнус фон Неттельгорст спать не хочет. Он еще не приобрел эту дурную привычку. Как обычно перед боем, лицо его сосредоточено.