Измена. Предательство (не) прощается

А твоя мама подкинула его.

Он криво усмехается, как будто моя попытка объясниться только подтверждает его правоту.

—Зато теперь, у меня появился мужчина, который мной восхищается! — безбожно вру я, чтобы сделать ему так же больно, как он сделал мне.

— Рад за тебя, — произносит отстранённо, хладнокровно, и от этого мне становится только хуже.

— Мне твоя радость не нужна! — Я почти кричу, но сдерживаюсь, чтобы не разбудить Машу. — Прибереги её для Светланы! А за меня есть кому радоваться.

Андрей прикрывает глаза и выдыхает, словно пытается сдержать вспышку гнева:

— Знаешь, я всегда думала, что в браке нужно работать, даже если это тяжело, — говорю я, чувствуя, как в голосе проскальзывают нотки отчаяния.

На секунду мне кажется, что он не выдержит, что он сорвётся, что его лицо исказится от гнева.

— Ты всегда знала, как задеть меня, — тихо отвечает он. — Но откуда тебе знать, как там у меня было?

— Так, ты сам мне говорил, что тебе надо было напряжение снимать в обед! Разве, не так?

— Так, — рявкает.

— Тогда что ты здесь делаешь, Андрей? — спрашиваю я, горечь пропитывает каждое слово. — Зачем мучить нас обоих? Понимаешь ли ты, что своим появлением только усложняешь всё? Маше будет гораздо больнее, если ты снова исчезнешь.

— Я делаю это ради неё. Ты не хочешь меня видеть, я это понимаю. И поверь, я сам не знаю, правильный ли это поступок. Но я не могу просто уйти, потому что хочу, чтобы она знала, что я рядом. Пусть даже на какое-то время.

Он отворачивается, и в полутьме мне кажется, что я вижу проблеск сожаления. Впервые мне становится страшно от осознания, что, возможно, он действительно сожалеет о случившемся.

Наступает молчание, давящее и болезненное. Я не могу подобрать слов. На этот раз мне больше не за что зацепиться, потому что я вижу перед собой не того, с кем провела столько лет, а совершенно чужого человека.

Стараясь не смотреть на него, поворачиваюсь лицом к стене и укрываюсь одеялом, пытаясь спрятаться от этой жестокой реальности. Спустя несколько минут слышу, как Андрей тихо ворочается на полу, устраиваясь поудобнее.