Измена. Начать с нуля (СИ)

Внутри зреет уверенность: Матвей это сделает.

Сольет мои видео и некрасивые фото. Уничтожит меня морально за то, что я не захотела продолжать играть на его условиях.

Что же делать?

Мне страшно оказаться на месте той девушки из универа, о которой даже спустя много лет, все помнят только как о «звезде порно». Даже само прозвище унизительное, она ведь ничем таким не занималась…

Вот и я стану… звездой.

Хорошо, я откажусь, допустим. Откажусь! А где гарантии, что Матвей потом не сольет все в сеть?

Он таким гнусным оказался, я и не подозревала, что в нем столько грязи.

"Но теперь я знаю, что он способен на многое. По его вине я прохожу реабилитацию. Я хорошо помню, как он не хотел везти меня в больницу. Мог бы бросить умирать? Мог бы? Однако одно я знаю точно, он в состоянии добиться от меня согласия шантажом и все равно может слить эти видео.

Просто так.

В отместку.

Чтобы унизить…

***

Еще несколько минут проходит в мучительных сомнениях.

Я плачу, у меня разболелась голова…

Сдавшись, в итоге звоню адвокату.

— Алексей Владимирович… — мой голос со слезами дрожит. — Извините, что беспокою. Это Лилия Яковлева. Вы взялись за мое дело с разводом.

— Да, здравствуйте. Узнал. Что стряслось? — интересуется деловито.

— Супруг угрожает слить мои личные фото и видео. Я не знаю, что мне делать! — всхлипываю.

— Успокойтесь. Он угрожал вам устно, в телефонном разговоре? Или передал это через кого-то?

— Нет, написал.

— Отлично.

— Что?

— То есть, ничего хорошего. Но нам в разводе это на руку. Переписка будет приобщена к материалам дела. Я так понимаю, видео интимные с вашим участием.

— Да. Мы… Он снимал… — шепчу, умирая от стеснения. — Грозит, что сольет. Он может…

— И взамен он требует, конечно же, не претендовать на совместно нажитое имущество? — усмехается он.

— Да.

— Старая, знакомая песня. Хорошо, что вы мне позвонили.

— Что?

— Они всегда потом сливают фото. Берут шантажом желаемое и добивают напоследок. Нельзя вставать в позу жертвы. Мы будем бороться, а за подобные угрозы еще и прилетит ему немало.

— Правда?

— Разумеется.