Императорский отбор

И вообще, может, я пойду? Отсюда.

С опаской глядя на Ремека, делаю шаг в сторону выхода. Один, второй. Не будет же генерал меня насильно заставлять? Или будет?

– Как насчет сделки, Шали? – вкрадчиво спрашивает генерал.

– Никаких сделок. Я с вами и императором точно никаких больше договоров и споров заключать не стану. Только хуже себе делаю."

"– Я хочу, чтобы ты понимала, Шали. Я тебя уже никуда не отпущу, нравится тебе это или нет. То, чего ты хочешь избежать, все равно случится, но лучше раньше, чтобы на тебя так активно уже не мог никто претендовать.

– А что, еще кто-то претендует? Это после того позора на балу?

– Да, Шали. Султан очень настойчив. Мы с Небиулом подозреваем, что у Акселана заинтересованность в тебе не только как в женщине. На всякий случай, будет лучше, если твои тату из обручальных станут брачными.

– А как в ком заинтересован во мне султан? Ведьме?

– Не исключено. Сейчас император как раз пытается все выяснить, ведя переговоры с султаном.

– Я могу не показываться на глаза султану, и все.

– Шали, иди мойся и в кровать, – совсем другим, командным и жестким тоном приказал мне Ремек, напомнив, кто тут генерал. Кстати, я же уже вне отбора, и получается, ко всему прочему, что вновь подчиняюсь главе имперской армии. Но не в постели же. Правда, фактически Ошентор мне уже и муж, осталась лишь небольшая формальность.

– М-м, нет.

С вызовом смотрю на Ремека. Ну что, принудит?ьПриготовилась удирать.

Ошентор улыбнулся, чем меня очень напугал, а потом его глаза полностью стали черными, даже белок.

– Зачем? – дрожащим голосом спрашиваю я. Чувствую, как по щеке катится моя горячая слезинка, которую я оказалась не в силах сдержать.

– Иногда, чтобы что-то увидеть, нужно ослепнуть.

Ага, в такой ситуации прямо только расслабляться. Но ослепнуть навсегда не хочется. Вот этот посыл я правильно поняла. Не будет так, как хочет Ремек, – будет вот так. Увы, но все равно ведьмы всегда оказываются слабее магов.

Рем держит меня в объятиях очень долго. Я потеряла счет времени, в темноте его трудно отслеживать. Вначале было страшно, до паники, до дрожи в коленках, но бояться так долго просто невозможно.