Я! Еду! Домой! Те, кто выжил

«Девы» поморщились от моей бесцеремонности, но спорить не стали — свалили внутрь лодки.

Пусто вокруг, совсем пусто, мертво. Везде уже мертво на земле, и это место отнюдь не исключение. Пустые большие склады справа, если вперед глянуть — так там какое-то пятиэтажное офисное здание видно метрах в трехстах, да и все. Справа мост — то ли наплавной, то ли так выглядит, за ним еще какой-то заливчик… город далеко, нам оттуда ничто грозить не может. И в любом случае в грузовике можно куда угодно прорваться.

Так… значит, возможна опасность только с пришвартованных судов.

Буксир — он побольше, и у соседних причалов три суденышка поменьше, явно для каких-то внутренних нужд порта использовавшихся. За нами осталась яхтенная стоянка — там сплошь парусные — и одноэтажное здание прямо на берегу…

— Там что?

— Контора грузового терминала, — ответил Паша.

— Понятно…

Лодка тюкнулась в дебаркадер ловко сброшенными Витей кранцами. Все, приплыли вроде как.

— Что теперь? — спросил Паша негромко.

— По-хорошему, я бы от причала отошел метров на… сколько-нибудь, чтобы вам самих себя охранять не надо было, — подумав недолго, сказал я.

 — Витя со мной пойдет, мы машину поищем, а вы здесь ждите… и со связи не пропадайте, понятно?

— А на хрена машина? — удивился он.

— Искать твой пароход, — пояснил я. — Может, его вообще нет — так на кой черт нам тогда со шлюзом возиться?

— А! — понял он. — Но тогда не Витьку, тогда меня брать надо: я здесь окрестности знаю лучше.

— Тебя? — задумался я, а потом решил, что никакой разницы.

 — Давай тебя, мне все равно.

— Вить, давай на мое место, — обернулся к молча слушавшему разговор приятелю Паша.

Сменились. Выбрались на дебаркадер, огляделись. Пусто. Никто не бросается на нас, никто не бежит. Стальная дверь в рубку стоящего рядом буксира закрыта, за стеклами тоже никого не видно.

— Отходи, — скомандовал я в рацию, и лодочный дизель немедленно зарокотал, оттягивая «Quo vadis» задним ходом от причала.

Так… до грузовиков отсюда метров сто, рукой подать.

Их там штук тридцать, наверное: и бортовые, и с «боксами», у всех на борту красной краской вкривь и вкось написано слово «Evacuatie». Хороший признак для жителей города все же: явное свидетельство того, что какая-то организация здесь сохранялась до последнего момента. А город, кстати, от порта самой настоящей бетонной стеной отгорожен. Видать, от шума сделана, но от мертвецов бродячих такая еще лучше должна спасать. Метра три в высоту стенка — это не баран начихал.