Фавориты Фортуны

Когда Бургунд вернулся из Галатии за семь дней до сражения, Цезарь смог послать гиганта-германца на Родос сопровождать двух писарей и его драгоценного Двупалого. В Пергам он отправился один.

Цезарь проехал сто тридцать миль, останавливаясь только для того, чтобы поменять лошадей. Он делал это довольно часто, чтобы перемещаться со скоростью десять миль в час днем и семь миль в час ночью. Дорога была хорошая, римская, и хотя луна была на ущербе, небо оставалось безоблачным. Удача ему сопутствовала. Покинув Траллы на рассвете следующего дня после победного пира, Цезарь прибыл в Пергам в тот же день через три часа после наступления темноты.

Лукулл принял его сразу. Цезарь посчитал важным, чтобы при этом не присутствовал его дядя, Марк Котта, который тоже находился во дворце наместника; Юнка нигде не было видно.

Цезарь протянул руку для приветствия, но вежливый жест проигнорировали. Не предложил Лукулл Цезарю и сесть. Беседовали стоя.

– Что заставило тебя, Цезарь, так далеко уехать от места твоей учебы? Ты опять встретился с пиратами? – ледяным тоном осведомился Лукулл.

– Не с пиратами, – деловито ответил Цезарь, – а с армией Митридата. Пятьдесят тысяч явились в низовье Меандра. Я услышал об этом, прежде чем ты прибыл на Восток, и посчитал бесполезным сообщать об этом наместнику, который был информирован лучше, чем я, но который не двинулся с места, чтобы защитить долину Меандра. Поэтому я заставил Мемнона из Приены собрать азиатские гарнизоны, что, как ты знаешь, в его власти, если этого потребует Рим.

Длинное лицо Лукулла с холодными голубыми глазами не смягчилось.

– Думаю, этого достаточно! Почему ты не известил наместника? Ты же не мог знать его планов.

– Наместник – некомпетентный и корыстный дурак. Я уже испытал это на себе.