Фавориты Фортуны

Ни дорог, ни селений, ни рыбацких деревень, только огромные заснеженные горы Солима, нависавшие над водой и скрывавшие бухточки, не давая их обнаружить. Потом потянулись небольшие углубления в склонах гор, красно-желтый песок, ссыпавшийся с утеса. Но ни одного пиратского поселения! Цезарь неподвижно стоял на полуюте с тех самых пор, как корабль миновал устье реки, на которой расположены Патара и Ксанф. Пленник внимательно смотрел на берег, мимо которого они плыли уже не один час.

На закате две галеры и торговое судно, которое они эскортировали, повернули к одной из бесчисленных одинаковых бухточек.

– Сейчас зима, и пятьдесят талантов, которые мы получим за тебя, дадут нам возможность хорошо отдохнуть. Не придется плавать во время ранних весенних штормов, – сказал Полигон, присоединяясь к Цезарю, когда тот проходил расщелину между утесами.

Пираты уже подпихивали бревна под носы галер и грузового судна. Цезарь и Полигон наблюдали, как три корабля тащили по песку, затем влекли между утесами и устанавливали на стоянку на подпорках в скрытой долине.

– Ты всегда так делаешь? – спросил Цезарь.

– Нет, если мы приходим сюда ненадолго, но такое бывает редко. Пока мы в море, мы не заходим домой.

– У вас здесь все продумано, – одобрительно заметил Цезарь.

Долина была овальной формы, около полутора миль в ширину и в длину. В самом дальнем ее конце небольшой водопад стекал с невидимых высот в пруд. Пруд превращался в поток, который устремлялся в бухту. С моря ничего этого не было заметно. Пираты – а может, и матушка-природа – проделали узкий канал для потока под утесом.

Добротно построенный и правильно организованный город занимал бóльшую часть долины. Каменные дома в три-четыре этажа стояли вдоль улиц, засыпанных гравием.

– Сколько у тебя людей? – спросил Цезарь у Полигона.

– Включая жен, любовниц и детей – а также любовников для некоторых мужчин! – около полутора тысяч. Да еще рабы.

– И сколько же рабов?

– Тысячи две или около этого. Сами мы ничего не делаем, – гордо ответил Полигон.